Анонимайзер | Форум магии | Пасьянс Медичи | Гидропоника | Анархисты | Видео НЛО | Психоделическая музыка | Игры разума

Записи с метками ‘рабочие’

Превратить Судный день человечества в борьбу классовую

Четверг, 26 января 2017

Водорослевые леса, покрывавшие большую часть побережий и создавшие атмосферу, в результате варварской эксплуатации океанов и загрязнения уничтожены. Температура из-за разрушения атмосферы будет продолжать расти и нагрянут тропические вирусы, обрушится поток разрушающей ДНК и вызывающей рак и мутации солнечной радиации. Цивилизация мегаполисов, которая своим существованием обязана изобретению антибиотиков, сталкивается с мутировавшими вирусами нечувствительными к антибиотикам. Как эпидемии, убившие тогда треть Европы. Клубок арабо-израильских и шиитско-суннитских неразрешимых конфликтов пополнился Донбассом и Сирией и затянулся в тугой узел, какие разрубала мировая война, если бы не ядерное сдерживание. Но спорадические очаги войны будут вспыхивать то там, то тут. Третья мировая будет гибридной.

Правые наступают по всем фронтам. В США воцарился Трамп — ставленник сырьевых магнатов и так называемых «альтернативных правых». Американские левые утонули в болотной жиже кисейного либерализма и не способны исторгнуть из себя ничего, кроме призывов стать гей-мусульманами. В Казахстане разгромлен независимый профсоюзный центр КНПРК, лидеры арестованы. Единственным правом казахов на рабочем месте остаётся восхваление адмирал-генерала Назарбаева, а несогласных будут жанаозенить свинцом. Киевские протесты разочаровавшихся в революции подавлены, и на Украине безоговорочно правит конфетный олигарх Порошенко со свитой барыг и мошенников. «Маркелов та Бабурова були вбиті російськими націоналістами з БОРН, організацією пов’язаною з Адміністрацією Президента РФ. В Україні багато ультраправих організацій також пов’язані з владою, ті ж самі Азов з Аваковим, або С14 з Свободою».


(далее…)

Самодостаточные агломерации дело социальной революции

Четверг, 10 марта 2016

Калея и мандрагоры под лампой ЭСЛ 85Вт

Нетрудно видеть, [если мы пойдём путём создания самодостаточных агломераций] какое будущее откроется тогда перед социальной революцией. Всякий раз, когда мы говорим о социальной революции с серьёзным рабочим, которому приходилось видеть в своей жизни голодающих детей, он нахмуривается и упорно ставит нам вопрос: «А откуда взять хлеб? Хватит ли его всем, если каждый будет есть досыта? А что если невежественная деревня, настроенная реакционерами, захочет морить голодом горожан, как она морила их в 1793 году?» Но пусть только деревня попробует? Тогда большие города сумеют обойтись без неё.

Куда, в самом деле, употребят свободное время те сотни тысяч рабочих, которые задыхаются теперь на фабриках или в мастерских? Неужели они и после революции будут продолжать сидеть взаперти? Неужели они будут продолжать выделывать разные мелкие предметы роскоши на вывоз, даже когда они увидят, что хлеб на исходе, что мяса становится мало, что овощи исчезают и заменить всего этого нечем?

Конечно, нет! Они несомненно выйдут из города в поле; а там машины даже самым слабым из них дадут возможность принять участие в общем труде; они внесут таким образом в старое земледельческое хозяйство ту же революцию, которая уже будет совершена в учреждениях и идеях.

В одном месте сотни десятин покроются стеклянными кровлями, и как мужчины, так и женщины с нежными руками будут ухаживать там за молодыми растениями. В другом вспашут сотни десятин трактором, улучшат почву при помощи удобрения или размельчённого графита и известняка. И под руками этой весёлой толпы случайных хлебопашцев поля покроются богатыми жатвами; руководить работой будут, конечно, люди, знающие земледелие, главным же образом — великий практический ум народа, пробудившегося от долгого сна и идущего вперёд по пути, освещённому ярким светом всеобщего счастья. И вот уже через два-три месяца первая жатва удовлетворит насущным потребностям и обеспечит пищу народу; после стольких веков ожидания он сможет впервые наесться досыта.
(далее…)

Распространение технологий в мире и конец монополий

Воскресенье, 3 января 2016

К концу наполеоновских войн Англии почти вполне удалось разорить крупную промышленность, народившуюся во Франции в конце восемнадцатого века. Она стала владычицей морей и не имела серьёзных конкурентов. Пользуясь этим положением, чтобы монополизировать обрабатывающую промышленность, и заставляя своих соседей покупать по какой ей угодно было цене товары, производившиеся ею одною, Англия стала накоплять богатства за богатствами и сумела извлечь из своего привилегированного положения и связанных с ним преимуществ большую выгоду.

Но когда буржуазная революция в конце восемнадцатого века уничтожила крепостное право и создала во Франции пролетариат, крупная промышленность, временно приостановленная в своём росте, начала развиваться с новой силой, и уже со второй половины девятнадцатого века Франция перестала зависеть от Англии в отношении продуктов фабричного производства. В настоящее время она в свою очередь сама ведёт вывозную торговлю, продавая за границу больше чем на полтора миллиарда товаров, из которых две трети состоят из материй. Число французов, работающих на вывоз или живущих внешнею торговлею, определяется приблизительно в три миллиона. Таким образом, Франция перестала быть зависимой от Англии и в свою очередь начала стремиться монополизировать некоторые отрасли внешней торговли, как, например, торговлю шёлковыми материями и готовым платьем. Она получила от этого огромную выгоду, но в настоящее время ей уже грозит опасность утратить навсегда эту монополию, подобно тому как Англия теряет монополию производства бумажных тканей и даже бумажной пряжи.

В своём движении по направлению к востоку промышленность развилась затем в Германии. До войны 1870-71 года Германия получала большую часть продуктов крупной промышленности из Англии и из Франции. Теперь дело стоит совершенно иначе: в течение последних пятидесяти лет Германия совершенно преобразовала свою промышленность. Фабрики её снабжены самыми лучшими машинами и дают самые новые произведения промышленного искусства — манчестерские бумажные ткани и лионские шелка. Тогда как для изобретения и усовершенствования какой-нибудь современной машины в Лионе или в Манчестере потребовалось бы два или три поколения рабочих, Германия берёт эту машину уже готовою. Технические школы, приспособленные к потребностям промышленности, доставляют для её фабрик целую армию знающих рабочих, инженеров-практиков, умеющих работать как руками, так и теоретически. Немецкая промышленность начинает своё развитие с той точки, до которой Манчестер и Лион дошли после пятидесятилетних усилий, опытов и исканий, а потому быстро развивается.
(далее…)

Анархистский саппорт бастующих рабочих Главмосстроя

Вторник, 8 сентября 2015

АД-СР

7 сентября московские анархисты посетили забастовку работников Главмосстроя. Напомним, рабочие бастуют поскольку им не выплачивают заработную плату за несколько месяцев. Учитывая, что Главмосстрой принадлежит компании, которой владеет Олег Дерипаска, один из богатейших людей России, имеющий собственности в Европе на сотни миллионов евро, ситуация становится ещё более возмутительной. Получается, что буржуи просто не хотят платить деньги, которые у них есть, рабочим, которые уже выполнили свою работу. Естественно, рабочие от такого поворота дел несколько возмутились и начали бастовать.

Всю неделю депутаты от КПРФ, оседлавшие забастовку, обещали, что в понедельник поведут рабочих на «решительные действия». В частности обещалось перекрытие Рязанского проспекта (что вызвало дополнительные силы полиции на место проведения забастовки). Среди рабочих, видимо, такие обещания встретили известную симпатию — сегодня на сход пришло в два-три раза больше рабочих, чем неделю назад, и настроены они были весьма зло и решительно. У микрофона же начался форменный цирк. Депутаты от КПРФ по-прежнему обещали, что «решительные действия» начнутся ещё через неделю. Видимо, подобные обещания будут повторяться каждую неделю. Надеемся, терпения рабочих надолго не хватит, и подобное балабольство поспособствует скорейшему взятию инициативы бастующими рабочими в свои руки. Стоит отметить недовольные, хотя и робкие, выкрики рабочих, обращённые к депутатам: «Почему не начать “решительные действия” уже сейчас?» К сожалению, даже на бунт сегодня люди готовы идти только под предводительством власть имущих. Но, можно надеяться, вскоре ситуация изменится.

В целом же, депутаты всё также продолжали рассказывать о том, какие жалобы в какие гос. инстанции они послали. Будто бы государство и олигархи не являются единым целым, и гос. инстанции попрут против крупного капитала! Помимо депутатов выступали представители администрации Москвы, компании УЖС-1 (дочернее предприятие Главмосстроя) и заказчики от администрации. Все они, как один, убеждали людей перетерпеть, пытались шантажировать их, угрожая, что заказчики просто отнимут стройки у Главмосстроя, и призывая рабочих вернуться к работе. Все эти угрозы встретили только праведный гнев со стороны рабочих и резонный ответ, что работу они выполнили, а деньги не получили. На голодный желудок много не наработаешься, а бесплатно пускай работают дураки. В результате, было решено собраться через неделю, 14 сентября, в 8 утра, у офиса Главмосстроя, по адресу Тверская улица, дом 6, строение 2.
(далее…)

Разделение труда пропагандируется в интересах буржуазии

Вторник, 1 сентября 2015

Политическая экономия всегда ограничивалась тем, что перечисляла факты, происходящие в обществе, а затем истолковывала их в интересах господствующих классов. Точно так же поступила она и с разделением труда в промышленности; она нашла его выгодным для капиталистов и потому возвела его в принцип, в закон.

Посмотрите на этого деревенского кузнеца, говорил Адам Смит — основатель современной политической экономии. Если он не привык делать гвозди, то он с трудом сделает их двести или триста в день, и то они будут плохие. Но если тот же кузнец будет делать всю свою жизнь одни только гвозди, то он легко сможет произвести их до двух тысяч трёхсот в течение одного дня. И Смит спешил вывести из этого заключение, что надо подразделять труд и всё специализировать. В конце концов у нас будут кузнецы, не умеющие делать ничего, кроме шляпки или острия гвоздя, и мы таким образом произведём гораздо больше и обогатимся. Что же касается того, не потеряет ли кузнец, осуждённый всю свою жизнь делать только шляпки гвоздей, всякий интерес к работе? не окажется ли он, зная только одну эту частицу своего ремесла, целиком во власти хозяина? не придётся ли ему сидеть без работы по четыре месяца в году? не падёт ли его заработная плата, когда окажется, что его легко можно заменить мальчиком-учеником, — об этом Адам Смит не думал, когда восклицал: «Да здравствует разделение труда! Вот где золотая россыпь, обогащающая нацию!» И все стали восклицать вслед за ним то же самое.

Даже впоследствии, когда Сисмонди и Ж. Б. Сэй под влиянием социалистов стали замечать, что, вместо того чтобы обогащать нацию, разделение труда обогащает только богатых, а рабочий, вынужденный всю свою жизнь выделывать какую-нибудь восемнадцатую долю булавки, тупеет и доходит до нищеты, — даже тогда — предложили ли официальные политико-экономы какие-нибудь меры против этих последствий разделения труда? Никаких. Им и не приходило в голову, что, занимаясь всю свою жизнь одною и тою же машинальною работою, рабочий потеряет ум и изобретательность и что производительность нации падёт вследствие этого, тогда как разнообразие занятий, наоборот, сильно увеличило бы производительность данного народа и развило бы в нём изобретательность. И вот теперь перед нами восстаёт именно этот вопрос.

Пётр Кропоткин «Хлеб и воля», 1892 г.

Разделение труда несправедливо и ведёт к упадку общества

Вторник, 18 августа 2015
Пётр Кропоткин (1842-1921). Великий русский учёный, который открыл ледниковый период.

Пётр Кропоткин (1842-1921). Великий русский учёный, который открыл ледниковый период.

Если бы разделение труда — постоянное разделение, на всю жизнь, а иногда и передающееся даже по наследству от отца к сыну — проповедовали одни только [буржуазные] экономисты, то мы бы предоставили им говорить что хотят. Но дело в том, что идеи этих учёных мужей проникают в умы публики и извращают их. Слыша постоянно о разделении труда, о проценте, о ренте, о кредите и т. п. как о давно решённых вопросах, все — в том числе и сами рабочие — начинают рассуждать так же, как и экономисты и преклоняться перед теми же идолами. Мы видим, например, что многие социалисты, даже те, которые не побоялись напасть на заблуждения буржуазной науки, относятся с уважением к принципу разделения труда. Если вы заговорите с ними о том, как бы следовало обществу организоваться во время революции, они скажут вам, что разделение труда нужно, конечно, сохранить; что если вы делали булавочные головки до революции, то вы будете делать те же головки и после. Правда, вы будете заниматься этим всего пять часов в день, но всё-таки всю свою жизнь вы будете делать одни только булавочные головки; другие будут изобретать машины или проекты машин, которые дадут вам возможность удесятерить ваше производство булавочных головок; третьи, наконец, специализируются в высоких сферах литературного, научного и художественного труда. Вы же родились выделывателем булавочных головок, — всё равно как Пастер родился прививателем бешенства, и революция оставит обоих вас на ваших теперешних местах: его — в лаборатории, вас — за выделкой булавочных головок.

Вот этот-то принцип, бесконечно вредный для общества и притупляющий для личности, — этот источник целого ряда зол мы и хотим разобрать теперь в некоторых его проявлениях.

Последствия разделения труда известны. В современном обществе мы разделены на два класса: с одной стороны — производители, которые потребляют очень мало и избавлены от труда думать, потому что им нужно работать, и в то же время работают плохо, потому что их мозг бездействует, с другой стороны — потребители, которые производят мало или не производят вовсе ничего, но пользуются привилегией думать за других, и думают; но думают плохо, потому что существует целый мир — мир работников физического труда, — который остаётся им неизвестным. Работники земледельческого труда не имеют никакого понятия о машине, а те, которые работают у машин, не знают ничего о работах полевых. Идеал капиталистической промышленности — это ребёнок, смотрящий за машиной, в которой он ничего не понимает и не должен понимать; а рядом с ним — надсмотрщик, налагающий на него штрафы, если его внимание хоть на минуту ослабеет, а над ними обоими — инженер, который выдумывает машину, за которой человеку останется только подкладывать, подталкивать и смазывать. Земледельческого рабочего стремятся даже совсем уничтожить: идеал капиталистического сельского хозяйства — это работник, нанятый на три месяца и управляющий паровым плугом или молотилкой и отпускаемый, как только он вспахал или обмолотил.
(далее…)

Буржуазная экономика и бедность при изобилии ресурсов

Вторник, 7 июля 2015

Мы говорим: «Вот перед нами люди, соединившиеся в общество. Хижина дикаря перестала их удовлетворять, и они требуют прочного и более или менее удобного дома. И вот мы хотим знать, может ли при данном состоянии производительности человеческого труда каждый из них иметь свой дом? А если нет, то что именно мешает этому?» Но раз мы поставим такой вопрос, мы сейчас же увидим, что всякая европейская семья вполне могла бы обладать небольшим удобным домом вроде тех, которые строятся для рабочих в Англии, в Бельгии, в Америке, или же соответственной квартирой. Известного и сравнительно небольшого числа рабочих дней было бы вполне достаточно для того, чтобы построить для семьи в семь или восемь человек хорошенький домик, где было бы много воздуха и света, удобно расположенный, здоровый и освещённый газом.

Между тем девять десятых европейцев никогда не жили в здоровом помещении, потому что всегда человек из народа работал изо дня в день и почти без перерыва, и всё — для удовлетворения потребностей правящих классов. Никогда не имел он ни времени, ни денег, чтобы выстроить или заказать себе этот желанный домик. И до тех пор пока современные условия не изменятся, у него никогда не будет дома, и всегда он будет жить в какой-нибудь трущобе. Мы принимаем, таким образом, метод рассуждения, совершенно обратный тем экономистам, которые устанавливают якобы вечные законы производства, затем подводят счёт всем домам, которые строят теперь ежегодно, и доказывают посредством статистических данных, что так как этих новых домов не хватает для удовлетворения всех требований, то 9/10 европейского населения должны жить в трущобах.

Или же возьмём вопрос о пище. Перечислив все благодеяния разделения труда, экономисты приходят к заключению, что оно требует, чтобы одни люди занимались земледелием, а другие — фабричной промышленностью. Земледельцы производят столько-то, фабрики — столько-то, обмен происходит так-то. Затем экономисты рассматривают продажу, прибыль, чистый доход или прибавочную стоимость, заработную плату, налоги, банки и т. д.
(далее…)

ВсеХвосты.Ру