Возьмите примеры откуда хотите и сколько хотите; подумайте сами над накоплением всех состояний, крупных и мелких – чему бы они ни были обязаны своим происхождением: торговле, банковским операциям, промышленности или владению землёю, – и вы увидите, что повсюду богатство одних основывается на бедности других. А раз оно так, то анархическому обществу нечего будет бояться неизвестного Ротшильда, который явился бы вдруг и поселился в его среде. Если каждый член общества будет знать, что после нескольких часов производительного труда он будет иметь право пользоваться всеми наслаждениями, доставляемыми цивилизацией, всеми удовольствиями, которые даёт человеку наука и искусство, он не станет продавать за ничтожную плату свою рабочую силу. Для обогащения такого Ротшильда не найдётся нужной бедноты. Его деньги будут не больше как куски металла, пригодные для разных поделок; но плодиться и рожать новые золотые и серебряные кружки они больше не смогут.
Этот ответ на возражение определяет вместе с тем и пределы экспроприации. Экспроприировать – взять назад в руки общества – нужно всё то, что даёт возможность кому бы то ни было – банкиру, промышленнику или землевладельцу – присваивать себе чужой труд. Оно просто и понятно.
Мы вовсе не хотим отнимать у каждого его пальто, но мы хотим отдать в руки рабочих всё – решительно всё, что даёт возможность кому бы то ни было их эксплоатировать. И мы сделаем всё от нас зависящее, чтобы никто не нуждался ни в чём и чтобы, вместе с тем, не было ни одного человека, который был бы вынужден продавать свою рабочую силу, чтобы обеспечить существование своё и своих детей.
Вот что мы понимаем под экспроприацией и вот как мы смотрим на наши обязанности во время революции – революции, до которой мы надеемся дожить не через сто лет, а в недалёком будущем.
Пётр Кропоткин, 1892 г.
(Ещё не оценили)
