Анонимайзер | Сообщество | Пасьянс Медичи | Гидропоника | Анархисты | Видео НЛО | Психоделическая музыка | Игры разума

Записи с метками ‘врачи’

Буржуазный характер системы «рабочих чеков»

Четверг, 9 апреля 2015

Советский пин-ап

Присмотримся ближе к этому способу вознаграждения труда, проповедуемому французскими, немецкими, английскими и итальянскими коллективистами [приверженцами государственного социализма]. Он сводится приблизительно к следующему: «все работают — в полях, на заводах, в школах, в больницах и т. д. Продолжительность рабочего дня устанавливается государством, которому принадлежат земля, заводы, пути сообщения и проч. Каждый рабочий день вознаграждается рабочим чеком, на котором значится, скажем, — «восемь часов труда». За этот чек рабочий может приобрести в магазинах, принадлежащих государству или различным корпорациям, всевозможные товары. Этот чек может также дробиться, как деньги, так что, например, можно купить на рабочий час мяса, на десять минут спичек или на полчаса табаку. Вместо того, чтобы говорить: «Дайте мне на пять копеек мыла», — после коллективистской революции станут говорить: «Дайте мне на пять минут мыла».

Большинство коллективистов, кроме того, остаются верными разделению, установленному буржуазными экономистами (и Марксом), между трудом сложным, требующим предварительного обучения, и трудом простым; они говорят, что труд сложный, т. е. профессиональный, должен оплачиваться в несколько раз больше, чем труд простой. Так, например, один час труда врача будет считаться соответствующим двум или трём часам труда больничной сиделки или трём часам труда землекопа. «Профессиональный, или квалифицированный труд будет иметь ценность в несколько раз большую, чем труд простой», — говорит коллективист Гренлунд, потому что этот род труда требует более или менее долгого обучения.
(далее…)

Различие в оплате труда сохранит неравенство

Воскресенье, 8 марта 2015

Мы уже видели, что некоторые коллективисты [сторонники государственного социализма] требуют установления различия между трудом сложным и трудом простым. Они считают, что час труда инженера, архитектора или врача должен считаться за два часа труда кузнеца, каменщика или больничной сиделки и что то же различие должно быть установлено, с одной стороны — между всеми ремёслами, требующими более или менее долгого обучения, а с другой — трудом простых подёнщиков.

Но установить такое различие значит сохранить целиком неравенство, существующее в современном обществе. Это значит провести заранее черту между рабочими и теми, которые претендуют на управление ими. Это значит разделить общество на два ясно обособленные класса — аристократию знания и стоящую под нею толпу с мозолистыми руками — два класса, из которых один будет служить другому, будет работать для того, чтобы кормить и одевать людей, которые, конечно, воспользуются полученным таким образом досугом, чтобы учиться господствовать над теми, кто его кормит. Мало того: это значит взять одну из самых характерных черт современного буржуазного общества и усилить её авторитетом социальной революции; это значит возвести в основное начало то зло, на которое мы нападаем в старом, разрушающемся обществе.

Мы заранее знаем, что нам ответят. Нам станут говорить о «научном социализме», будут ссылаться на буржуазных экономистов — а также и на Маркса, чтобы доказать, что установленная градация заработной платы имеет разумные причины, потому что «рабочая сила» инженера стоила обществу больше, чем «рабочая сила» землекопа. И в самом деле, разве экономисты не старались доказать нам, что если инженеру платят в двадцать раз больше, чем землекопу, то это происходит только потому, что издержки, «необходимые» для подготовления инженера, больше тех, которые требуются для подготовления землекопа? И разве Маркс не говорил, что то же самое различие должно логически существовать и между различными отраслями ручного труда — раз труд становится товаром? Он должен был неизбежно прийти к этому выводу, раз только он принял теорию ценности Рикардо и утверждал, вслед за ним, что товары обмениваются пропорционально общественно необходимому для производства их труду.
(далее…)

Красный Крест как пример объединения без начальника

Понедельник, 21 апреля 2014

Возьмём другое подобное же [голландским судоходным артелям, английскому Обществу Спасения и другим добровольным объединениям без начальников] общество — Красный Крест. Оставим в стороне его название и посмотрим, что оно собою представляет.

Представьте себе, что было бы, если бы лет пятьдесят тому назад кто-нибудь сказал следующее: «Государство очень хорошо знает, как убивать людей. Убить двадцать тысяч в один день и ранить пятьдесят тысяч — ему нипочём. Но оно совершенно неспособно оказать помощь своим собственным жертвам. Поэтому — раз уж существуют войны — в это дело должен вмешаться частный почин. Нужно, чтобы добровольцы взялись за дело и создали для этой гуманной цели международное общество». Сколько насмешек посыпалось бы на голову того, кто осмелился бы полвека тому назад сказать нечто подобное! Его прежде всего назвали бы утопистом, а затем если бы его удостоили ответом, то наверное сказали бы: «Глупый вы человек! Именно там, где помощь будет всего нужнее, добровольцев-то не окажется! Ваши свободные госпитали сосредоточатся все в безопасных местах, а на перевязочных пунктах, на поле битвы, никого не будет. Кроме того, подумайте о соперничестве между различными национальностями! Дело кончится тем, что несчастные солдаты будут умирать безо всякой помощи». И у каждого нашлось бы своё разочаровывающее возражение. Кто из нас не слыхал подобного рода речей!

И вот мы теперь знаем, что из этого вышло. Везде, в каждой стране, в тысячах местностей организовались общества Красного Креста, и, когда вспыхнула война 1870-71 г., его добровольцы могли приняться за работу. Явились во множестве люди, мужчины и женщины, которые предложили свои услуги; госпитали и перевязочные пункты организовались сотнями; целые поезда перевозили всё нужное для госпиталей: жизненные припасы, бельё, лекарства для раненых. Английские комитеты посылали даже целые транспорты припасов, одежды, лопат, семян для обсеменения полей, рабочий скот, даже паровые плуги с работавшими при них людьми, чтобы помочь обрабатывать землю в местностях, разорённых войною. Загляните только в сочинение Густава Моннье «Красный Крест» — и вы будете поражены размерами того, что было сделано.

Что же касается до пророков, всегда готовых отрицать в других людях всякий здравый смысл и всякий ум и считающих только самих себя способными управлять миром по своему произволу, то ни одно из их пророчеств не сбылось. Самоотвержение добровольцев Красного Креста оказалось выше всяких похвал. Они стремились занять именно самые опасные пункты, и в то время как французские врачи, находившиеся на службе у государства, убегали при приближении пруссаков со всем своим штатом, — добровольцы Красного Креста продолжали своё дело под пулями, вынося все грубости как бисмарковских, так и наполеоновских офицеров и ухаживая одинаково за ранеными, к какой бы национальности они ни принадлежали. Голландцы и итальянцы, шведы и бельгийцы, даже японцы и китайцы отлично уживались между собою. Они размещали свои госпитали и амбулатории, смотря по надобности данной минуты, и если в чём соперничали, то в гигиеничности своих больниц. Сколько французов до сих пор ещё вспоминают с чувством глубокой благодарности о той заботливости, с которою ухаживала за ними в амбулаториях Красного Креста какая-нибудь сестра милосердия, голландка или немка!
(далее…)

Заведение для свободно перемещающихся несовершеннолетних

Среда, 20 июня 2012

Панк-гёрлы

Больницы, психушки и тюрьмы — настоящие музеи утешения для тех, кого страх оказаться там заставляет радоваться тому, что они снаружи.
(Р.Ванейгем «Революция повседневной жизни»)

— Раздевайся.
— Чего?!
— Раздевайся, говорю, одежду сюда. Ценные вещи сюда. Телефон, деньги, документы. Не волнуйся, звонить сможешь в любое время, вещи свои брать тоже.
— А это точно больница?

Насчёт телефона и звонков был наёб откровенный, не первый и далеко не последний, но поняла я это позже. Началось же всё с настойчивого предложения пройти в отделение и посмотреть Уголовный Кодекс, чтобы нам стало ясно, что мы нарушаем. После того, как мой друг оказался на асфальте, скрученный двумя свиньями, я решила всё-таки пойти с человеком в форме, который грозно поведал мне, что в отношении меня тоже могут применить силу. Почему с «человеком в форме»? — Потому что представиться и показать удостоверение никто из них троих так и не удосужился. Заходим в отделение. Я не унималась: «А как Вас зовут? Скажите, чтоб я знала, как к Вам обращаться, можете даже по имени отчеству или по званию, мне без разницы. А вы нас до часу отпустите? Мы на метро не успеем, а нам домой ещё ехать надо. Вы будете документы проверять? А меня разве можно забирать, я несовершеннолетняя? Нельзя ведь». — «О как. Сейчас инспектору ПДН напишешь объяснительную и отпустим. Уедешь, успеете».

Вот он, наёб номер два. Дальше обещали отпустить после того, как поговорю с инспектором, потом как приедет скорая помощь (я ещё долго доставала их расспросами: причём тут скорая помощь и какая-то там больница, периодически мелькавшая в разговоре), затем, что приеду в больницу, и там отпустят. Инспектором оказалась истеричная девушка лет двадцати пяти, которая всё отказывалась разговаривать с моим отцом по телефону. — «У меня есть конституционное право свободно перемещаться по территории РФ». — «Тебе 18 нет вообще-то». — «И что, у меня паспорт с 14, я полноправный гражданин. Или конституция несовершеннолетних не защищает?»
(далее…)