Это тоже наши товарищи, Каларупа о них писал: http://anarchy.kalarupa.com/tag/food-not-bombs/ Так представительство наших в ГС будет больше, можно им объединиться в либертарный блок. У них всего 4 голоса!! Но осталось ещё 4 дня.

Окрестности кратера Huaynaputina безжизненны, если не считать странных зверьков, которые при очередном извержении, повинуясь стадному инстинкту, в огромном количестве не спасаются бегством, а наоборот, приближаются к горе. Животные принимают свежую едва остывшую лаву за съедобную траву и ломают зубы о камни. Не смотря на это, loxus xalyavus (так аборигены зовут этих маленьких тощих, злых и непригодных для пищи зверьков) глотают камни целиком, извещая хоровым попискиванием друг друга о насыщении желудка, с тем и умирают под удовлетворённые взгляды вожака, который не разделяя трапезы со стадом отправляется собирать к подножию Huaynaputina новые жертвы.
Безусловно, местные жители предпринимали попытки отгонять loxus xalyavus подальше от кратера, но после нескольких загрызанных насмерть и одного взятого в заложники и удерживаемого уже седьмой год перуанцев, аборигены прекратили свои попытки наладить вокруг вулкана нормальную жизнь.

Не смотря на свою кажущуюся доступность, местность вокруг вулкана камениста и непроходима, поэтому попытки перуанских альпинистов завалить кратер чем-нибудь тяжёлым также заканчивались гибелью смельчаков.

Рынок регулирует долю каждого. Кадров, способных на интеллектуальную работу, не очень много, поэтому у них зарплата выше.

Рыночная стоимость работы не имеет почти никакого отношения к ценности произведённых работником товаров или услуг, как и общественной значимости, затраченных усилий или квалификации работника, а является лишь результатом многократных спекуляций! Пример, наглядно иллюстрирующий принципы ценообразования при рыночной экономике:

Допустим, мы — я, вы и Хроноскопист летели на самолёте через Тихий океан. В пути мы втроём накушались абсента, надебоширили, отломали дверь от туалета, и нас за это выкинули в море через аварийный выход. По счастью, рядом с местом нашего падения обнаружился маленький безымянный полинезийский остров. Выбравшись на берег, мы посовещались, и решили считать его новым государством под названием Соединенные Штаты Абсента (США).

Когда нас выкидывали из самолёта, то багажа нам, естественно, не выдали. Поэтому, всех материальных и нематериальных активов у нас — только туалетная дверь, которую вы таки прихватили с собой, да в бумажнике у вас, совершенно случайно, обнаружилась банкнота в $100. Таким образом, в наших США имеются нефинансовые активы — дверь, и финансовые активы, они же денежная масса — $100.

Немного протрезвев, мы решаем, что надо как-то обустраиваться. Самый быстрый из нас оказался Хроноскопист. Он создаёт банк и готов взять в рост имеющиеся у населения денежные сбережения под 3 % годовых. Но я тоже не лаптём щи хлебал — предлагаю вам взять ваши $100 в рост под 5 % годовых. Вырываю листик из своего блокнота и пишу на нём — «Аблегиция на $100 под 5 % годовых». Вы чувствуете, что вам попёрло.

Я беру ваши $100 и кладу их на дипозит в банк обрадованного Хроноскописта. По хорошему, на этом можно было бы и успокоиться и пойти всем заняться делом — пальму потрясти или за моллюсками понырять. Но вы ж знаете — я неуёмный финансовый гений. Помыкавшись по нашему острову — 50 шагов от южного побережья до северного, и 30 с запада на восток, я придумываю гениальную комбинацию. Я предлагаю вам на пустом месте заработать ещё 1 % годовых. Взять в банке Хроноскописта кредит под 4 %, и купить у меня ещё одну аблигацию под 5 %. Вторую аблегацию на $100 я тут же выписываю на блокнотном листике, и машу ею у вас перед носом. Недолго думая, вы бежите в банк и берёте кредит $100 под залог моей первой аблегации на $100. Они там есть — я их туда положил на дипазит. Вы отдаёте мне заёмные $100 и прячете вторую аблегацию к себе в бумажник — теперь у вас есть моих аблегаций на $200. А $100 я кладу в банк — теперь у меня там $200 на дипазите. Хроноскопист аж подпрыгивает от радости — кредитный бизнес попёр.

Думаете я на этом остановлюсь? Ага, сейчас — я уже выписал вам третью аблегацию. Бегом в банк за кредитом под залог второй аблегации. Ближе к вечеру, набегавшись по острову с этой сотней баксов и изодрав все листочки из блокнота на аблегации, мы имеем следующую картину. У вас на $5000 моих аблегаций, а у меня на $5000 дипазитов в банке. Теперь, я чувствую, что пришло время прибрать вашу дверь к рукам. Я предлагаю купить её у Вас за $100. Но Вы вредничаете — дверь-то всего одна, и заламываете цену в 1000 так 1000 — в конце концов у меня на депозите лежит целых $5000. Я на последнем блокнотном листочке направляю платёжное поручение Хроноскописту, перевести 1000 с моего дипазита на ваш, и забираю вашу дверь.

Если нашу бухгалтерию отдать американскому экономисту с гарвардским дипломом, он сообщит нам, что наши США располагают 1000 материальных активов в виде двери, и 10000 финансовых активов в виде аблегаций и дипазитов. То есть что стоимость нашего совокупного имущества увеличилась за день в 110 раз.
Менее тонкий и образованный человек сказал бы, что мы — три дебила, у нас как была одна дверь и $100, так и осталось, и что только конченные дебилы могли целый день рвать листочки из блокнота, вместо того, чтобы нарвать кокосов. Кто из них прав — решайте сами. Но механизм относительного роста цен на дома именно такой, что в США, что в Японии, что в России.