Наблюдаю за деятельностью «Комитета 19 января» с момента его возникновения в конце 2009 года, как анонимной антифашистской организаторской инициативы, проводящей в основном ежегодную антифашистскую демонстрацию 19 января, в ответ на ряд убийств антифашистов, и не смотря на то, что во многих случаях не разделяю его позиции по текущим вопросам, сейчас решил от лица проекта Каларупа публично выразить доверие К19 и прошу считать представителем и наших интересов.

Понимание необходимости делегировать анархических, или скорее около анархических в данном случае, представителей в оргкомитеты стремительно набирающего обороты массового протестного движения зрело давно. Блюсти девственно революционную чистоту означало бы самоизолироваться от массового, в основном лево-либерального, движения. Эдак можно просрать все полимеры пропустить наш выход на сцену! Идея участия в коалиционных ассамблеях не противоречит принципам анархизма, как это может показаться на первый взгляд, и не нова для анархического и около анархического движения — аццкая анархистка и оголтелая нигилистка начала 20 века Маруся Никифорова была делегатом от анархистов на 1-ом и 2-ом «Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов». Уж в её чистоте революционных помыслов невозможно усомниться!

Причём посылать в такое место нужно не самого пламенного бойца, который будет там рубить правду-матку, а самого хитрожопого опытного дипломата. Ведь задача там уметь договариваться с людьми отличных взглядов, и, если уж на то пошло, плести подковёрные интриги, заключать тайные сделки и союзы, находить спонсоров. К19, по моим наблюдениям, и есть те самые хитрожопые опытные дипломаты в около анархистской и антифашистской среде. Ещё одно необходимое условие: это должны быть хорошие технические организаторы, имеющие опыт как организации массовых уличных мероприятий так и построения кулуарных отношений с лидерами политических и социальных движений, правозащитниками и журналистами. К19 соответствует (АД — неуклюже; КРАС, РКАС и т.п. — всерьёз не рассматриваю). Главное, К19 полностью зависим от преобладающих настроений в антифашистской и анархической среде, но не способен сам их формировать — чем больше делегаты зависимы от движа, тем лучше!

Для эффективного отстаивания наших интересов важно чтобы К19 имел в Совете Гражданского движения наибольший вес, который мы ему можем обеспечить. Поэтому прошу всех анархистов и антифашистов выражать К19 всяческую поддержку и оказывать содействие когда они просят. А К19 советую, раз уж вы подались в большую политику, на основе самого широкого обсуждения в движении сформировать конкретную политическую программу.

Обращение К19:

«Друзья и товарищи! В данный момент идёт голосование за кандидатуры участников гражданской курии в Совете Гражданского движения, который (в том числе) будет определять формат акции 4 февраля и последующих протестных мероприятий. Мы просим всех наших сторонников проголосовать за Комитет 19 января. Для этого надо отправить SMS с цифрами 062 на номер 5101. Голосовать можно из любого региона России до 31 января включительно. С одной симкарты можно проголосовать только один раз. Подробности – на сайте ruvote.org.»

Мы слышим песни огня, которые долетают до нас из дальних стран. Слова в этих песнях пахнут порохом. По всему свету наши товарищи зажигают пламя в ночи, освобождают пространство и время. И мы слышим их… Они устраивают заговоры, планируют, нападают… Нам нечего добавить к их текстам, мы рады видеть, что наши братья и сёстры говорят за нас.

«Мы все — Заговор Огненных Ячеек. ЗОЯ — это не организация и не группа. Напротив, это антагонистическое выражение гнева и презрения к всякой власти и структурам угнетения. Для распространения идей ЗОЯ достаточно немного бензина, коробка спичек и желания бороться за абсолютную свободу. Мы объявили войну существующему миропорядку.»
— Мексиканская секция ЗОЯ/НАФ

Нижеследующий текст посвящён Мексиканской ячейке ЗОЯ и всем нашим братьям и сёстрам из НАФ по всему свету.

i) Поднимается ураган… он Индонезии до Чили

В последние месяцы до нас долетело множество сообщений со всего света о повстанческих акциях и выражениях солидарности. Тексты пропитаны бензином и порохом, от букв веет пеплом пожаров. Эти выражения поддержки проникли сквозь тюремные решётки и достигли нас, пленённых, но не сломленных.

Слова смешиваются с огнём. За пеплом [...] банков, офисов правительственных учреждений, полицейских и чоповских машин, лабораторий нанотехнологий, вышек сотовой связи, дорогих бутиков, мы видим обещания друзей и угрозу врагам. Каждая акция — это живой вклад в развитие Неформальной Анархической Федерации (F.A.I.). Интернациональный Революционный Фронт (I.R.F.) теперь организован и действует в Италии, Англии, Чили, Мексике, Аргентине, России, Голландии, Перу, Боливии, Индонезии, Австралии, Греции, США…

Идея, зародившаяся 10 лет назад в головах наших братьев и сестёр из итальянской F.A.I., сейчас развилась и окрепла. Вне всякого сомнения, НАФ не является теоретической игрой безобидных высказываний и анархической символики. Это идея, призывающая прожить наши жизни опасно и анархично. С полным чувством, без мёртвого, потраченного впустую времени и трусливых оправданий бездействию.

Худ. Андрей Ермоленко

Это чувство радости вспыхивает микровзрывами в каждом слове, которое влечёт за собой следующее — и все они образуют нашу общую тропу к революции. В такие моменты нам нечего добавить. Большая часть всего, о чём мы сами думаем и хотим говорить, излагается в текстах наших товарищей. Но мы не можем превращать данное обращение в поток комплиментов.

Мы знаем, что нам ещё многое предстоит. Впереди ещё множество схваток. Теперь мы хотим стать ещё более опасными, ещё более ощутимыми врагами власти. Ещё более анархичными. Поэтому мы пишем из тюрем. Мы хотим действовать, и письма для нас — одна из немногих оставшихся форм революционной деятельности.

ii) «Перевод» переводов

Связь является краеугольным камнем в нашей неформальной структуре. Мы относимся к каждому слову в коммюнике как к призыву продолжать борьбу против власти. Мы бы хотели найти средства сбежать от теории к практики в отношении каждой мысли, которую мы публикуем. Только практикой можно подтвердить или опровергнуть теорию.
И вместе с тем, у каждого слова есть свои корни. Часто в разных языках и странах одни и те же слова могут обозначать разные вещи. Неформальная Анархическая Федерация (НАФ) состоит из представителей различных анархических движений разных стран, это форма взаимодействия между отдельными анархистами и коллективами, и наши ячейки говорят на разных языках, но в своих действиях все мы руководствуемся желанием анархической революции.

Вот почему мы считаем так важным своевременный перевод и распространение текстов и коммюнике НАФ в анархических кругах планеты. Это необходимо для того, чтобы наши ячейки могли обмениваться идеями и вдохновлять друг друга. Но зачастую случается так, что необходим «вторичный перевод», чтобы объяснить отдельные термины, которые могут иметь разный смысл в разных странах.

Поэтому мы предпринимаем первую попытку такого вторичного перевода, чтобы избавиться от некоторого заблуждения, в котором могут пребывать наши товарищи. Прежде всего, мы хотим поговорить о значении слова «Революция» и нашем (ЗОЯ) понимании этого термина. Необходимость в пояснении стала очевидна после публикации коммюнике наших сестёр и братьев из чилийской «Колонны Антагонистов-Поджигателей», в котором они призывали к диалогу через акции прямого действия, заявляли об ответственности за поджог Banco Estado в Сантьяго и выразили своё мнение по поводу термина «Революция».

Их возражения основывались на том факте, что для них революция прочно связана с образами общего народного восстания, которое случается при внезапном пробуждении сознания у масс угнетённых. Подобные образы революции часто рисуются марксистами и некоторыми «анархистами», которые оправдывают революционное насилие только в момент созревших социальных условий. Таким образом, напрочь исключается возможность индивидуального бунта. Говорить о подобной революции — всё равно что говорить от лица народа. Это слишком похоже на заявление «вооружённого авангарда» и марксистов. Ни к тем, ни к другим мы не относимся.

Да, мы часто используем это слово в своих текстах, но нам казалось самоочевидным, что именно мы имеем в виду, ведь в соседних абзацах шла речь об анархическом анти-социализме, анархо-индивидуализме, о повстанческом проекте и агрессивном нигилимзе. Но большие расстояния, пролегающие между нами, нехватка переводчиков и специфика словоупотребления заставляют нас высказаться яснее. Поэтому мы хотим пояснить, что не тешим себя иллюзиями по поводу пробуждения широких народных масс в смутном завтра. Также мы далеки от надежд, будто бы грядущее восстание будет обязательно анархическим. Мы не верим в народные массы, которые своей трусостью и пассивностью служат сохранению авторитарной модели управления. Поэтому мы говорим о себе не только как о врагах государства, но и как о врагах всех общественных ценностей, которые образуют основу государственной власти, которые оправдывают её существование и воспроизводят её на всех уровнях общественных отношений. Мы считаем, что даже общественные протесты с требованиями роста зарплаты, возвращения социальных льгот, расширения гражданских свобод и им подобными сиюминутными интересами возвращают вышедших на улицы людей в лоно пассивности.

Мы верим, что каждый человек должен пробудиться сам по себе, должен осознать, что величайшим преступлением против человечества является существование власти, должен активно работать над искоренением всякой формы власти в своей жизни, и вести постоянный поиск товарищей, которые будут готовы нанести удар по распространению власти государства. Вот почему мы являемся приверженцами маргинальной анархической борьбы (и поддерживаем борьбу всякого меньшинства) и вот почему мы выбрали путь новой городской герильи.

Худ. Андрей Ермоленко

Ещё одно недопонимание между нами — это упоминание вооружённой борьбы. Нам известно, что в некоторых странах, вроде Италии и России, термин «вооружённая борьба» относится к конкретным периодам левого террора и логике вооружённого авангарда революции.

Мы хотим пояснить, что ни в коем случае не разделяем веры в просвещённый революционный авангард или «руководителей» революции. Всё, что мы делаем, мы делаем, прежде всего, ради самих себя. Своими акциями мы обеспечиваем коммуникацию с товарищами по всей планете, распространяем информацию об анархической системе ценностей, атакуем систему, отказываемся от навязанной всем членам общества роли жертв. Наслаждаемся нашими жизнями, каждым прожитым мгновением, в самых диких и освободительных проявлениях.

И в то же время, мы хотим придать форму оппозиционному настроению, мы хотим, чтобы наш враг понимал, что есть группы людей, есть отдельные личности, которые вовлечены в постоянную гражданскую войну. Гражданскую войну между неподконтрольными и властью. [...] Мы хотим, чтобы они боялись на своих партийных съездах, в особняках, парламентах, министерствах, полицейских участках.

От нашей деятельности мы получаем колоссальное личное удовлетворение. Вот почему мы говорим о себе как об анархо-индивидуалистах. Мы не в восторге от высказываемых мнений, будто бы анархическая революция должна подчинить спонтанный и естественный характер жизни военной задаче с правилами и лидерами, службе «интересам» народа. Мы категорически не согласны приносить себя в жертву «общественному благу», когда речь идёт об обществе, терпящем пинки от боссов и рассыпающемся в благодарности за жалкие подачки своих хозяев. Если в результате прочтения наших текстов или знакомства с нашей деятельностью кто-то начнёт задавать либертарные вопросы, у кого-то зародятся сомнения в справедливости существующего строя — тем лучше для этих людей. Для нас будет большой честью и радостью увидеть в них своих товарищей в будущем. Но если этого не произойдёт, мы всё равно ни на секунду не откажемся от борьбы против власти и антиобщественной критики. В наши цели не входит казаться приятными для широких народных слоёв.

Впрочем, в критике термина «вооружённая борьба» есть ещё одно измерение. В основном эта критика звучит со стороны наших товарищей-повстанческих анархистов. Постоянное упоминание вооружённой борьбы может быть воспринято как мономания и фетиш оружия, как неформальная иерархия средств и методов борьбы, которая подразумевает использование наиболее радикальных средств как наиболее совершенную форму акции прямого действия.

Мы никогда — ни в текстах, ни в действиях — не выстраиваем иерархию форм противодействия системе. Мы не верили и не верим, что акция является тем более «анархической», чем больше насилия в ней сосредоточено. И в то же время мы категорически против разделения, которое проводят традиционные «анархисты», оправдывающие насильственные акции только во время массовых народных выступлений, но критикующие и осуждающие подобные практики, когда они совершаются в темноте ночных атак меньшинством решительных товарищей. Аналогичным образом, мы не можем согласиться с глупым разделением, которое проводят некоторые «анархисты» в ряде стран между нападениями на объекты материальной собственности и насилием по отношению к слугам системы. В качестве оправдания этому разделению часто высказывается мысль об уважении к человеческой жизни. Мы не уважаем жизни ментов, судей, прокуроров, журналистов и стукачей.

Поэтому когда мы используем термин «вооружённая борьба», мы делаем это в том числе для того, чтобы послать сообщение традиционным «олд-скул» анархистам, которые своей этикой пытаются помешать распространению прекрасной дикости анархического прямого действия, хотят загнать её в рамки более спокойных и массовых форм протеста против системы. Для нас не играет никакой роли, что использует товарищ в борьбе против власти и цивилизации: перо и бумагу или калашников и бомбы.

Поэтому в эти дни мы поддерживаем и поощряем к всякого рода нападениям на систему. Расклейка листовок, самоорганизованные типографии и блоги самиздата, развешивание баннеров, радикальные уличные акции, саботаж, нападения с использованием камней и краски, срезание рекламных баннеров убийц животных, экспроприации, [...] — всё это является практическим воплощением анархической теории. Поэтому, когда мы говорим о вооружённой борьбе, мы говорим не только о пистолетах и пулях, но и обо всём перечисленном, что точно так же пугает власть до усрачки и находится по нашу сторону баррикад.

Тот факт, что мы использовали термин «вооружённая борьба» намеренно, с целью разрушить фетишизм уличного насилия низкой интенсивности (свойственного, например, антифашизму), которое защищают анархо-реформисты, заставляет нас вернуться к уже упомянутой проблеме. Поскольку мы не желаем, чтобы нас ассоциировали с трусливыми и малодушными практиками, а ровно не хотим, чтобы нас выставляли кем-то, кем мы не являемся, отныне мы всерьёз намерены заменить упоминания вооружённой борьбы более развёрнутыми описаниями многоjбразия тактик (DOT – Diversity Of Tactics) или же более общим термином «Прямое Действие» (ПД), в которое входят все те практики, которые мы поддерживаем.

iii) Сеть НАФ/ИРФ

Благодаря деятельности десятков ячеек ИРФ(НАФ) по всему свету можно говорить о практическом воплощении анархической пропаганды, о пропаганде действием. Появление новых ячеек НАФ повсюду от Индонезии до Чили и от Англии до России открывает новые возможности для анархической борьбы. Перспектива хаотичной неформальной сети анархических ячеек способно вызвать серьёзные сбои в функционировании системы. Но эта ощутимая угроза не должна быть утоплена во взаимных и искренних приветствиях, адресованных друг другу.

Мы должны сделать следующий шаг. Мы уже говорили об общей системе ценностей. Мы верим в ценность прямого действия, мы подтверждаем эту веру здесь и сейчас, в ходе нашей ежедневной антигосударственной борьбы, которая перекликается с антиобщественной критикой, подкрепляется международной анархической солидарностью. Наша практика не признаёт расстояний и границ. Мы также поддерживаем и призываем к максимально возможной неформальности нашей структуры. Потому что только неформальность является аутентичной формой анархической организации. И, наконец, мы понимаем, что все мы, поддержавшие идею НАФ, разделяем это безумное стремление выступить против статус-кво, чего бы это не стоило.

Худ. Андрей Ермоленко

Но мы открыли для себя, что моменты диких и безумных атак на власть и её приспешников стоят больше, чем целая жизнь компромиссов и отказов от сопротивления…

Всё это уже неоднократно упоминалось в ходе диалога, ведущегося в кругах НАФ/ИРФ. Но недостаточно просто взять в руки оружие (в данном случае роль ствола играет участие в НАФ). Важно уметь достойно его применить.

iv) Огонь и порох

Теперь позвольте нам поговорить о стратегии.

Прежде всего, мы хотели бы сказать пару слов о предложении наших братьев и сестёр из Итальянской секции НАФ. Речь идёт об использовании символа ЗОЯ для всех групп ИРФ, чтобы они могли вписывать в анархическую звезду название своего коллектива.

Для нас символ из пяти стрел, которые направлены в сердце власти, символизирует значимость международной анархической борьбы, которая развёрнута на пяти континентах планеты. Различная длина стрел говорит о многообразии анархических тактик и различной интенсивности борьбы.

В то же время, эти пять стрел подчёркивают важность и ценность проекта НАФ/ИРФ, потому что они подобны пальцам на руке. При ударе растопыренной ладонью по врагу, боец лишь повредит кисть. При ударе сжатым кулаком возможна решительная победа. Мы считаем, что НАФ/ИРФ — это кулак в анархической борьбе против системы.

Подобно тому, как стрелы, направленные в центр, символизируют синтез подрывной деятельности, заключающейся в проведении атак и распространении информации об акциях против современной цивилизации, так и звезда с анархической «А» символизирует наши сердца, которые целиком принадлежат анархической революции.

Поэтому мы с радостью и гордостью соглашаемся с предложением итальянских товарищей, чтобы каждая группа ИРФ-НАФ использовала этот символ по своему усмотрению.

Что касается стратегии нашей борьбы, важно понимать, что все мы, участницы и участники НАФ, понимаем утопичность идеи о том, что всё как-то само собой образуется и случится анархическая революция. Мы намерены играть важную роль в выведении системы из равновесия в нужном анархистам направлении.

В этом заключается наша стратегия анархической борьбы как борьбы меньшинства. До этого момента борьба велась фрагментарно и, во многих случаях, изолировано. Она была ограничена государственными границами и тусовочными рамками.

Важную роль в разрушении этой практики сыграли призывы к международной солидарности, бывшие инициативой ряда наших товарищей. Мы сами выступили с подобным призывом в период первых судов над ЗОЯ. И с величайшим восторгом узнали, что семена солидарности проросли в благодатных почвах Аргентины, Италии, России, Чили, Греции, Индонезии, Испании, Англии, Мексики, Австралии, Германии, Польши, Австрии, Голландии и других стран.

Теперь мы знаем наверняка, что сеть НАФ/ИРФ способна к качественному развитию этой концепции. Более того, сутью НАФ является развитие диалога между анархическими сообществами планеты посредством коммюнике об акциях прямого действия. Как точно отметили наши итальянские товарищи из FAI, анархические атаки происходят постоянно, но если они объединены в единую неформальную сеть, основанную на взаимопомощи и солидарности, они становятся более заметными и значимыми, более мощными, способными лучше распространить революционные идеи среди других меньшинств. Революционный потенциал нашей деятельности многократно усиливается.

Итак, наше предложение. Мы думаем о диалоге в виде акций прямого действия между различными ячейками НАФ. О том, что существует возможность придавать нашей деятельности эпизодическую единую тематику. Если быть более точными, мы размышляем о том, что ячейка НАФ/ИРФ, совершающая нападение на некий объект, в своём коммюнике может не только заявить об ответственности за случившееся, но и призвать к диалогу другие ячейки. Предположим, например, что английские товарищи атакуют камеры наружного наблюдения на улицах городов в рамках борьбы со средствами государственного контроля и наблюдения. При желании они могли бы включить в коммюнике технические характеристики камер и размах технологического контроля за нашими жизнями, представить анализ и изложить предложения для других ячеек сети ИРФ, которые захотели бы участвовать в этом аспекте борьбы. Очевидно, что другие ячейки и индивиды (естественно, руководствуясь исключительно личными желаниями) могли бы провести подобные акции в своих регионах: атаковать компании, продающие устройства наружного наблюдения, сами системы CCTV, лаборатории анализа ДНК, уличные камеры, ЧОП и тп. Конечно, коммюнике об акциях не смогут (да и нет такой необходимости) стопроцентно совпасть в своём восприятии с первоначальным коммюнике группы-инициатора кампании. Но именно в этот момент мы окажемся в пространстве либертарного диалога между анархическими коллективами. Когда автономные ячейки по всему миру атакуют общую цель (в нашем примере — камеры cctv) и посредством своих заявлений об ответственности участвуют в диалоге об актуальной проблеме. Потому что все наши разногласия, все наши точки соприкосновения, возражения, анализы, предложения, — всё это вместе способствует нашему развитию как анархических личностей. Дискуссии, которые неизбежно последуют за подобными атаками, не будут иметь ничего общего со старомодной анархической болтовнёй, когда кафейные профессора довольствуются кооптацией всякого радикализма в теоретический пузырь пустых разговоров на просторах интернета, в ходе общеанархических собраний или за безвредным этическим лайфстайл анархизмом.

Люди из НАФ/ИРФ не занимают очереди в ожидании следующей социальной революции или кризиса. Мы сами решаем, что говорить и что делать, потому что настал момент перейти от пропаганде слов к пропаганде делом. Диапазон тем для наших анархических исследований безграничен. Есть проблема милитаризма — военные объекты, есть национализм — фашистские организации, есть технологии контроля — системы наблюдения, есть аппарат угнетения — полиция и тюрьмы, есть общество спектакля — журналисты и СМИ, есть уничтожение природы — цивилизация, есть экономическая эксплуатация — банки, есть анархическая солидарность. И дюжины других вопросов, позиция по которым делает нас непримиримыми врагами всего сущего.

Конечно, каждая ячейка, выступающая с международным предложением о кампании солидарности, должна сформулировать стратегические предложения и ясно описать свою точку зрения по данному вопросу. Вот почему крайне важно, чтобы в нашем диалоге были представлены все точки зрения всех коллективов и индивидуумов. Это необходимо для понимания контекста. Даже при атаке на однотипные цели (банки) характер коммюнике и точки референции разнятся. Анархисты с более традиционными взглядами на революцию выражают своё отношение к государству и капиталу вообще, тогда как мы — представители анти-социального анархизма — выражаем анархо-индивидуалистическую тенденцию: для нас [...] банка помимо выражения нашей ненависти в адрес системы выражает также и наше презрение к существующему обществу, которое одновременно пытается поприсутствовать на антикапиталистических оккупациях против последствий экономического кризиса и заглянуть в ближайший банк, чтобы получить очередной потребительский кредит или оплатить коммунальные счета, финансируя таким образом уничтожение собственной жизни и окружающей природы.

Худ. Андрей Ермоленко

Мы верим, что это предложение по скоординированным атакам в рамках интернациональных кампаний может сделать саботажную деятельность ячеек более резонансной и эффективной. Представьте себе эффект от нападения на 30 различных частных охранных компаний в течение месяца по всему миру. ЧОПы по всему миру не смогут игнорировать подобное послание.

Конечно же, мы не должны забывать, что самыми благодарными нашими читателями являются менты и особисты. Мы не должны подставлять себя, поэтому следует проявлять особенную осторожность в случае проведения атаки в рамках международной кампании НАФ/ИРФ. Например, легко представить, что после публикации первоначального призыва, полицейские силы возьмут под усиленную охрану все типовые объекты в странах, где сильно присутствие НАФ.

Поэтому крайне важно, чтобы специализированные цели либо атаковались вне установленных временных рамок, либо включались в серию менее тематических нападений. Например, атаки на фармакологические лаборатории можно включить в нашу общую борьбу против науки, которая служит отчуждению человека от его жизни.

Впрочем, мы отдаём себе отчёт, что большинство наших объектов атак (банки, полицейские участки, церкви, журналисты, фашисты и им подобные) слишком разнородны, а атаки слишком бессистемны, чтобы власти могли приставить полицейского к каждой тачке и каждой опорке.

Мы бы хотели ещё раз подчеркнуть то, что уже многократно упоминалось: НАФ/ИРФ — неформальная анархическая сеть ячеек и отдельных анархистов, действующих анонимно. Координация, которую мы предлагаем (и которую предлагали наши товарищи из итальянской НАФ в недавнем прошлом) ни в коей мере не предполагает подавление автономии какой-либо ячейки или участницы (участника). Международные кампании координированных акций не претендуют на то, чтобы стать ключевым аспектом деятельности НАФ. Все ячейки действуют автономно. Если какая-то ячейка принимает решение организоваться и принять участие в международной кампании атак — это её личный выбор.

Также мы считаем крайне важным, чтобы в нашем диалоге действием участвовали не только индивидуальные участники и ячейки НАФ, но и заключённые анархисты, которые находят возможным поддержать проект ИРФ. Это — единственный способ участвовать в борьбе против капитала для многих товарищей, которые, как и мы, лишены радости прямого действия по причине тюремных сроков. Только так многие из нас могут оставаться «соучастниками» анархической революции.

Напоследок мы припасли приглашение, которое адресуем всем сёстрам и братьям по всему миру. Мы говорим о событиях, которые, как мы полагаем, должны стимулировать развитие НАФ/ИРФ. В первую очередь речь идёт о крайне неприятных новостях из Индонезии. Они очень опечалили нас. Мы говорим об аресте трёх товарищей (четвёртый в бегах и объявлен в розыск), которые произошли после поджога банка. По сообщениям полиции, при задержанных товарищах были обнаружены тексты, подписанные НАФ/Индонезия, в которых говорилось об антигосударственной борьбе, а также о солидарности с заключёнными анархистами всего света.

Второй неприятный момент связан с двумя судебными процессами, которые вскоре состоятся в Чили. Речь идёт о деле товарища Лучано Тортуги, который получил тяжелейшие ранения в результате взрыва СВУ при подготовке атаки на банк. Его раны оставили кровоточащие рубцы в наших сердцах. Мы хотим, чтобы он знал: наша сестринская и братская анархическая любовь будет с ним в каждый момент его жизни. Более того, 28 ноября 2011 года должен начаться судебный процесс над пятью нашими товарищами-анархистами (Франциско Солар, Моника Кабаллеро, Фелипе Гуэра, Омар Гермосилла, Карлос Риверо), которых обвиняют в подрывной деятельности. Некоторые из них были арестованы в рамках так называемого «бомбового дела», печально известной антианархической кампании, развёрнутой чилийским государством против движения. Мы никогда не встречались с этими товарищами в живую, но, прочитав их тексты и ознакомившись с их мечтами, мы знаем, что мы танцуем общий танец, слышим единый ритм восстания, ритм свободы и анархической революции. И мы считаем их нашими названными братьями и сёстрами.

Мы полагаем, что вопрос интернациональной анархической солидарности и задача освобождения из тюрем наших товарищей является непреходящей ценностью для движения и должен быть приоритетным при планировании анархических компаний. Поэтому мы, ЗОЯ первого поколения, участники и участницы НАФ/ИРФ, призываем другие коллективы сети НАФ/ИРФ не забывать о наших братьях и сёстрах в Индонезии и Чили. Они не должны оказаться в изоляции одиночества. Есть такие слова в нашем международном анархическом языке, которые настолько прекрасно пахнут огнём и порохом, что действуют лучше всяких писем, написанных случайными людьми в инфошопе, передают послания солидарности заключённым товарищам. Всякий удар по государственным структурам и обществу потребления — это фактическое выражение дружеской любви и поддержки тем, кого враги лишили ночных прогулок, дышащих огнём. Поэтому мы считаем, что в этом конкретном аспекте международной кампании солидарности НАФ/ИРФ для выражения солидарности с заключёнными сгодится всякий символ угнетения: банки, ЧОП, ОВД, суды, тюрьмы, автосалоны, офисы политических партий, камеры наружного наблюдения, строительная техника. Наших товарищей в Индонезии и Чили обвиняют в акциях совершенно разного рода, поэтому так важно разнообразие тактик. Мы должны показать, что анархическая герилья — это неразделимый фронт разных средств и методов борьбы ради торжества анархии. Подобный подход к международным кампаниям солидарности НАФ упрощается ещё и тем фактом, что каждая ячейка свободна в выборе целей, а значит, свободна атаковать заранее выбранные и разведанные объекты. Таким образом, мы на практике проверим готовность НАФ/ИРФ и способность действовать. Менты не способны отследить наши структуры планирования и проведения акций, поскольку они децентрализованы и распределены в пространстве мегаполисов всей планеты, подобно вирусу разрушения и беспорядков. И конечно, несмотря на серию недавних побед, наши товарищи не должны расслабляться. Нельзя недооценивать противника.

Мы становимся более опасными, когда организовываемся ради хаоса. НАФ/ИРФ — это новое предложение по возрождению Чёрного Анархического Интернационала, это предложение присоединиться к международной сети саботажа и прямого действия. Поэтому мы предлагаем, чтобы [...] распространился повсюду от Чили до Индонезии, чтобы он распространил идею НАФ по всем континентам, городам и весям.

— Заключённые участницы и участники Заговора Огненных Ячеек

Источник: www.anarchistnews.org, ru.indymedia.org

Мои товарищи Панагьотис Аргиру (спереди) и Герасимос Цакалос в плену!!

Всем анархическим заключённым:

Тюрьма — это страна заключённых. Находясь в самом сердце этой страны, мы бы хотели передать тёплый привет нашим товарищам, брошенным за решётку по всему миру. И выдвинуть очередное предложение. В нашей стране заключённых один уныло-однообразный день медленно сменяет другой, всюду царят решётки, железобетонные стены и невыразимая скука. И всё же в своих мыслях мы часто совершаем побег и навещаем наших братьев и сестёр, томящихся в тюрьмах Чили, Мексики, Италии, Германии, Швейцарии, Англии, России, Беларуси, Дании и всюду, где камеры заполнены людьми, не отказавшимися от желания свободы.

Товарищи! Мы говорим с вами, хотя не знаем вашего языка. Мы смотрим на вас, хотя мы никогда раньше не виделись. Мы улыбаемся вам, хотя мы не знакомы. Враг полагает, что может сломить наш дух, бросив нас в камеры на месяцы и даже годы. Власть ожидает услышать от нас слова раскаяния, отказ от прямого действия, от наших анархических ценностей. Но единственное, что получат наши враги — это выражение полного презрения и наш гнев. Все мы, взявшие на себя ответственность за участие в деятельности первой фазы Заговора Огненных Ячеек, ожидаем получить тюремные сроки на много лет. Это будет реакцией системы, против которой мы объявили войну. Системы, чьё вмешательство в наши жизни мы не стали терпеть.

Мы хотим превратить суд над Заговором Огненных Ячеек в суд над системой.

При помощи нашего дискурса и отношения к процессу, мы хотим обратить знаки: это не мы будем защищаться перед лицом судей и прокуроров. Это они буду отвечать перед нами за преступления, совершённые Властью, которой они прислуживают. В то же время, мы бы хотели привлечь внимание к фашистскому механизму, созданному для преследования нас и наших единомышленников. Механизму, представляющему собой синтез полиции, судебной системы и СМИ. Этот механизм дал ход беспрецедентной антианархической кампании, чьей единственной целью был не наш арест, а создание всепроникающей атмосферы страха, когда даже за обнаружение опубликованных ранее текстов заключённых-анархистов стало возможным быть вызванной на допрос к следователю. Этому предшествовало множество задержаний, выдача ордеров на арест, публикация фотографий остававшихся на воле товарищей, срежиссированные СМИ постановки на тему «существования связей между всеми партизанскими организациями», сообщения о «революционном фонде» и нашем участии в ограблении банков, анализы наших «психологических портретов», которые были рады давать различные «специалисты» и многие другие методы, имевшие своей целью нашу моральную изоляцию и маргинализацию методов анархической городской партизанской войны.

Государство жаждет уничтожить саму возможность выбора прямого действия как метода борьбы. Оно жаждет представить прямое действие как бессмысленный выбор глупцов, который не приносит результата и ведёт только к тюрьме. Однако, когда кто-то выбирает прямое действие, он(а) одновременно берёт контроль над своей жизнью в свои руки. Участвуя в прямом действии, люди имеют возможность порвать с косным мышлением, отказаться от бесхребетных и малодушных акций протеста, перейти к саботажу механизмов дисциплины и общественного порядка, создать свободные временные и пространственные зоны во враждебном окружении мегаполиса. Там, где камеры наружного наблюдения следят за каждым нашим шагом, где одетые в униформу полицейские свиньи стараются запомнить наши лица, а экраны общества спектакля пытаются продать нам якобы наши же желания, мы снова одеваем маски. В наших руках — камни, [...]. Мы выходим на улицы в поисках свободы.

Даже находясь в тюрьме, невозможно забыть это чувство. И мы возобновим свою деятельность, как только нам представится такая возможность. Поэтому нам не нужна помощь интеллигентов, профессоров или левацких дискуссионных кружков. Что они могут знать о полной приключений жизни группы прямого действия и наших ценностях? Что они могут сказать? Те, кто весь день проводит в уютных кабинетах, рассуждая о системе с высоты своей левацкой салонной культуры? «Кафейные профессора», которые кормятся с рук наших врагов? Интеллектуалы-леваки, выступающие за рабочих и «против жидов и педерастов»? Пусть они они оставят при себе свои «чувствительность», «осмотрительность» и чувство вины за то, что продались Власти, которая изображает нас как «запутавшихся, социально незрелых, впечатлительных юнцов». Нам не нужна ни мнимая симпатия, ни поддержка леваков. Напротив. Мы ищем сообщников в своём преступлении: борьбе за анархию и свободу. И лучшего места для наших поисков, чем тюрьмы, не сыскать. В конце концов, тюрьма — обязательная остановка на пути многих анархистов.

Итак, вот наше предложение, товарищи. Через несколько месяцев должно состояться второе заседание суда по делу Заговора Огненных Ячеек. Уже сейчас мы знаем, что они осудят нас. Ни на секунду мы не склоним головы или замолкнем или отступим с выбранного пути в надежде на их «снисхождение». Поэтому, товарищи, мы не можем представить себе более сильных или уместных аргументов в нашу защиту, чем ваши голоса. Ваши письма солидарности и [...], осуществляемые анархическими группами прямого действия — вот что придаёт нам сил смотреть следователям и судьям прямо в глаза. Уверены, заключённые за похожие действия в других странах и вынужденные платить ту же цену за страсть к свободе, вы испытывали схожие чувства и эмоции.

Если быть более точными, мы подумываем о предложении опубликовать накануне суда памфлет, в котором мы бы собрали все международные выражения солидарности с делом Заговора Огненных Ячеек. В то же время, учитывая двусторонний характер отношений солидарности (как мы их понимаем), мы бы хотели просить вас снабдить ваши тексты небольшими вступлениями, в которых, насколько это возможно, изложены ваши собственные причины, побудившие вас встать на наш общий путь. Таким образом, этот памфлет будет содержать сумму всех наших проектов, распространит информацию о вашей борьбе и вашем опыте в Греции и других странах, где будет возможна его публикация. Мы вместе создадим новые возможности для распространения борьбы против системы и международной солидарности. Вместе мы сотворим такой труд о международном опыте сопротивления, который превзойдёт все наши личные проекты в отдельности. Мы не считаем название «Заговор Огненных Ячеек» своей визитной карточкой или объектом авторского права. Мы относимся к этому словосочетанию как к способу охарактеризовать стиль жизни, принципы и направление анархической борьбы, в которую вовлечены мы все. Один из аспектов этой борьбы — время, которое нам суждено провести в тюрьмах. Мы бы хотели поделиться своим опытом со всеми вами, товарищи. Со всяким и всякой, кто оказывается в плену у Государства. И в то же время наше предложение сделает нас самих соучастниками вашей борьбы.

Таким образом для нас становится возможным при помощи интернациональной солидарности определённых анархических кругов достичь такого уровня единства и координации, который перестаёт быть абстрактной концепцией, но обретает существенный вес. Общение между заключёнными товарищами на международном уровне превращает солидарность в семинар по революционной практике, приоткрывает завесу тайны над различными взглядами на революцию, которые формируют объединённый анархический фронт прямого действия. Этот первый контакт сможет создать условия, которые дадут возможность начать международный диалог между заключёнными, а также между товарищами по ту сторону тюремных стен. Диалог, в котором личное восприятие ситуации и анализ каждого и каждой могут быть рассмотрены и обсуждены. Это послужит лучшей координации атак на Государство. Конечно же, мы далеки от того, чтобы предлагать синтез всех идей в единое целое или призывать к отказу от особых мнений.

Мы считаем, что существующие различия не могут и не должны быть препятствием к нашей совместной деятельности. Мы хотим выйти за рамки взаимной симпатии, которая развилась благодаря письмам солидарности, обмену ссылками в текстах и цитатами. Мы хотим выйти на уровень международной координации. Мы хотим стать сообщниками, вместе сформировать Чёрный Интернационал анархических заключённых. Хотим поддержать — если они согласны — предложение наших итальянских товарищей об усилении и расширении Неформальной Анархической Федерации / Интернационального Революционного Фронта.

Возможности, которые открывает перед нами это предложение, бесконечны. Поскольку мы затрагиваем вопрос интенсификации атак на систему. Имеет смысл попытаться представить эффект от кампании, которая начинается, скажем, в чилийских тюрьмах, пересекает границы между государствами, и подхватывается в камерах Греции. Таким образом становится возможным начать интернациональную кампанию солидарности, находясь внутри тюрем. Примером из прошлого может служить кампания по поддержке товарища Габриэля Помбо да Сильва. В то же время, формирование автономной сети для общения заключённых создаёт необходимые условия для организации постоянного обмена информации о том, что происходит в каждой тюрьме, об условиях заключения, будущих судах, возможных приговорах, и — самое главное — о подготовке [...] нашими товарищами на воле.

Ни один вертухай, ни одно посольство, ни один коп не должны чувствовать себя в безопасности в случае задержания нашего товарища, применения какой-либо дисциплинарной меры к заключённому, отказа в визите или запрета переписки. Когда заключённые владеют средствами коммуникации, они должны быть уверены, что повсюду найдутся решительные товарищи, которые готовы ответить атаками, саботажем и [...] на их притеснения. Мы считаем, что наше предложение выпустить памфлет «Слова Международной Солидарности с Заговором Огненных Ячеек» является первым шагом в осуществлении этой затеи. Безусловно, будут и другие. Но первый шаг должен быть сделан. В заключение мы салютуем и выражаем поддержку — в мыслях и сердцах — чилийским товарищам, обвиняемым по «бомбовому делу», а также товарищу Тамаре, которая ожидает суда за отправку посылки с бомбой.

Из греческих тюрем шлём анархически-индейские дымовые сигналы Монике Кабаллеро, Андреа Урзуа, Эль Вьехо Локо и всем остальным, обвиняемым по «Бомбовому делу»; Габриэлю Помба да Сильва; Томасу Мэйер-Фальку; Марко Каменишу; Сильвии, Билли и Коста; Браулио Артуро; Уолтеру Бонду; Виллароэль и Фуэнтевилла; Томасу Блэку и британским антифашистам; заключённым итальянским повстанцам; нашим русским и белорусским товарищам; датчанам; и всем тем, кого мы забыли упомянуть или чьих имён мы просто-напросто не знаем, но хотели бы знать, потому что все вместе мы приняли решение выступить против духа времени, выйти в путь, путеводной звездой на котором является Анархия. Нижеследующий отрывок посвящается всем нам:

Один день в тюрьме. Два дня в тюрьме. Три дня в тюрьме. Месяц в тюрьме.

Дверь закрывается и открывается, потом снова закрывается и снова открывается. Три месяца тюрьмы. Год тюрьмы. Мне необходимо знать, думают ли обо мне друзья так же сильно, как думаю о них я. Дни тянутся слишком медленно. Четыреста-восемдесят-два дня тюрьмы. Четыреста-восемдесят-три дня тюрьмы. Четыреста-восемдесят… Сбился. Блядь. Так даже лучше. В тюрьме попытки отсчитывать время лишены смысла. Арифметика лишена смысла. В тюрьме особый запах. Запах, который проникает глубоко-глубоко и навсегда остаётся с тобой. От него не отмыться. Вчера отмечал два полных календаря в тюрьме. Два ёбанных года. Не спал. Забыл уже как улыбаться. Как видеть сны. «Щёлк-щёлк» в ночи. Утренняя проверка. Что они рассчитывают найти, нары? Семьсот-пятьдесят-один день в тюрьме. Удовлетворены, дорогие мои судьи? Свиньи. Семьсот-пятьдесят три свиньи. Приходят и уходят. Они уходят и я ухожу. Камера — 3х3 метра. Из окна второго этажа я вижу 20% неба. Всё остальное — ебучая тюремная ограда. Я выхожу на прогулку как робот. Накручиваю километры в тюремном дворике, а он всего-то несколько метров в длину. Сегодня я выблевал душу. Выблевал прутья, стены, одиночки, годы заключения, приговоры. Выблевал три года срока. Не хочу больше считать. Зажмуриваюсь и думаю. Думаю о товарищах, которых спрятали подальше от меня в других тюрьмах. Думаю о горящих тюрьмах. Думаю обо всём том, о чём я должен был забыть, сидя в тюрьме. Думаю об улыбке, о ласке, о путешествии, которое не заканчивается здесь, о взгляде, который не могут заточить в тюрьму. Хватит думать. Разжимаю ладонь. Смотрю на пилку. Теперь я знаю. Я точно знаю, что я должен сделать. Итак, ещё разок. Теперь с чувством. И до конца. Да здравствует Анархия.

— Изменённый фрагмент текста, подписанного «J. и V.»

Да здравствует Заговор Огненных Ячеек!
Да здравствует Неформальная Анархическая Федерация / Интернациональный Революционный Фронт!

Мы рассылаем это предложение о публикации памфлета «Слова Международной Солидарности с Заговором Огненных Ячеек» всем нашим заключённым товарищам по всему миру. Мы публикуем это предложение на анархических ресурсах в Интернете с тем, чтобы преодолеть определённые трудности, связанные с цензурой в тюрьмах и тем фактом, что некоторые адреса нам неизвестны. Критически важно, чтобы это предложение было доведено до сведения наших товарищей. Мы просим присылать все ответы, тексты, комментарии и критику на электронный адрес:
sinomosiapf (at) yahoo (dot) gr

Почтовый адрес:

Post Box 51076
TK 14510 Nea Kifissia
Athens
Greece

— Заключённые участники и участницы Заговора Огненных Ячеек: Панагьотис Аргиру (Αργυρου Παναγιωτης), Михалис Николопулос (Μιχαλης Νικολοπουλος), Гьоргос Николопулос (Γιωργος Νικολοπουλος), Герасимос Цакалос (Γερασιμος Τσακαλος), Христос Цакалос (Χρηστος Τσακαλος), Гьоргос Полидорас (Γιωργος Πολυδωρος), Дамиано Болано (Δαμιανος Μπολανο), Харис Хатзимихелакис (Χαρης Χατζημιχελακης), Ольга Экономиду (Ολγα Οικονομιδου).

Источник: 325.nostate.net, ru.indymedia.org

Уробах (Urobach) – демон пиротехники, подливает масло в адские котлы

Ну вот, мои маленькие друзья, и подошёл к концу 3-й квартал 2011 года. Всё это время доблестные анархисты, не жалея своих сил и времени, продолжали дестабилизировать Систему – локально и глобально, временно и необратимо, на суше и на воде , на улицах и в умах людей. Малая толика нестабильности Системы – на малую толику облегчает страдания угнетённых. Одна минута нестабильности Системы – это одна минута торжества Свободы, торжества Человека над Системой. Свободные радикалы не намерены ждать революцию – мы хотим жить свободно сейчас. Пусть не полностью, пусть временно, но сейчас! Мы не намерены освобождать пролетариат (мы намерены освободиться вместе с пролетариатом) или карать его угнетателей – дестабилизация наша цель и наше средство. Поэтому неважно какой объект выбран для атаки, важно лишь насколько атака дестабилизировала Систему – даже если всего на один день, даже если на отдельной стройплощадке. Это уже результат! Что не уводит и от конечной цели – революции – рано или поздно обязательно наступит момент, когда дестабилизирующих атак, подобно жалящему рою пчёл, станет так много, что у Системы не хватит ресурсов восстановиться, она рухнет и все угнетённые будут свободны.
Подготовлено по материалам Чёрного блога.

6 июля — демон-покровитель всяческой пиротехники Уробах пришёл в участковый пункт полиции по адресу: Москва, ул. Профсоюзная, д. 130 корп. 4.
22 июля — всегда появляющийся объятый пламенем Уробах пришёл в офис правящей партии «Единая Россия» по адресу: Москва, бульвар Генерала Карбышева, д. 19 корп. 2.
5 августа — Уробах пришёл за передвижным строительным краном на свежей просеке в Юнтоловском лесопарке в Санкт-Петербурге.
21 августа — Уробах пришёл в опорный пункт ОВД №35 по адресу: Москва, Ленская ул., д. 28.
23 августа — Уробах пришёл за полицейскими автомобилями, припаркованными на автостоянке центрального здания ГИБДД в подмосковном райцентре Химки.
29 августа — Уробах пришёл за катком и бульдозером на стройплощадке бизнес-центра Газпрома в Лахте, Санкт-Петербург.
31 августа — Уробах пришёл за полицейским автомобилем на ул. Куйбышева, Санкт-Петербург.
21 сентября — Уробах добрался и до Украины, заглянул в опорный пункт милиции на ул. Маршала Рыбалко, д. 25 в славном г. Харькове.
28 сентября — демон пиротехники проявил интерес к автомобилю Кадиллак в районе Проспекта Мира, 76, Москва.

В заключении, хотелось бы посвятить сегодняшним отважным городским партизанам песню славного боевого прошлого «Гимн махновцев» 1919 года (на французском языке):

Махновщина, махновщина,
ветер флаги твои вил,
почерневшие с кручины,
покрасневшие с крови.

По холмам и по равнинам
в дождь и ветер и туман
через степи Украины
шли отряды партизан.

В Брест-Литовске Украину
Ленин немцам уступил —
за полгода махновщина
их развеяла как пыль.

Шли деникинцы лавиной,
собирались аж в Москву —
всё их войско махновщина
покосила как траву.

Но удар народу в спину
нанесли большевики,
и погибла махновщина
от предательской руки.

Ты погибла, махновщина,
но дала завет бойцам.
Мы в суровую годину
сберегли тебя в сердцах.

Ты завет наш, махновщина,
на грядущие года,
ты хотела с Украины
гнать тиранов навсегда.

И сегодня, махновщина,
твои флаги вьются вновь.
Они чёрны как кручина,
они красные как кровь.

Ты воскреснешь, махновщина,
И буржуи побегут
Через степи Украины,
через тундру и тайгу.

Никакие реки крови
не зальют огонь борьбы.
Нас ничто не остановит.
Коммунизму завтра быть!

«Дождь и пламя»

Не осталось ни одного надёжного термина, которым можно было бы описать наш быстро меняющийся мир, который с каждым днём полыхает всё ярче.

Великобритания наших дней — это управляемый парк развлечений, покрытый камерами наружного наблюдения, радиомаячками в автотранспорте, однообразными жилыми кварталами, пост-индустриальными районами и всё опутавшими автомобильными и железными дорогами. Не осталось дикой природы. Богатые и могущественные контролируют пригороды даже лучше, чем города. За пределами мейнстрима не осталось никакой свободы, если только вы не отважитесь взять её силой, — впрочем, как и везде. Тюрьма, в которую превращены наши ежедневные жизни, настолько тотальна, что единственный разумный выбор, который нам остался — это её полное уничтожение.

Мы с радостью приветствовали призыв Огненных Ячеек Заговора / Неформальной Анархической Федерации к образованию международной неформальной анархической структуры, основанной на революционной солидарности и прямом действии (Интернациональный Революционный Фронт). Мы продолжаем развитие нашего собственного проекта революционной организации и хотели ещё раз подтвердить значимость глобальной неформальной «сети» или «федерации» революционных групп, которые постоянно развиваются, вдохновляют других и участвуют в неподконтрольной борьбе против Власти и Капитала, в то же время организовывая и развивая собственные методы нападений. Этим текстом мы хотели бы призвать другие коллективы присоединиться к проекту.

В последнее время в Великобритании можно наблюдать количественный и качественный рост нападений на тюремные, финансовые, полицейские объекты, а также на средства связи. Но все прекрасно понимают, что эти атаки слишком малочисленны, чтобы действительно приблизить нас к поставленной цели, а уровень конфронтации с врагом всё ещё достаточно низок.

Мы работаем над новым скоординированным революционным проектом. Он — наша попытка сделать что-то новое на избранном поприще. Что-то, что не станет брошенными на ветер словами. Мы относимся к тем, кто считает, что сознательная, единая социальная революция с участием широких народных масс в Великобритании, мягко говоря, — дело далёкого будущего. И всё же мы полагаем (и мы стали этому свидетелями), что распространяющийся хаос и социальные бунты неизбежны, и что в этой среде могут зародиться новые и лучшие формы человеческих отношений и система ценностей.

Если бы мы обратились к опыту жизни человечества на планете (как индивидуальному, так и коллективному), мы бы, возможно, осознали мудрость полного слома сложившегося жизненного уклада. Да, многих пугают перемены и неизвестность. Люди многие годы влачат жалкое существование в том или ином дисфункциональном состоянии: межличностные отношения, рабочие места, города и тому подобное. Лишь бы не смотреть в глаза необходимости радикальной переработки этих состояний в новые формы, которых они ещё не могут себе представить. И коль скоро общество состоит из отдельных личностей, то и само оно подвержено той же модели поведения. Люди жуют ту отупляющую жвачку, которую им предлагают: ТВ, потребительские товары, мейнстримовая культура, наркотики, субкультуры, общественный активизм, собрания, спиритуализм, всё, что угодно… лишь бы не сталкиваться с пустотой ежедневной жизни. Мы живём в культуре, где всеобъемлющее потребление антидепрессантов (предсказанное Олдосом Хаксли в Дивном Новом Мире) удерживает людей от слома всего того, что делает их несчастными, принимая это за данность. Если представители нашего общества с трудом просыпаются по утрам, потому что система эксплуатирует их каждую минуту бодрствования, — у них не остаётся энергии на бунт. Они в западне. И, кажется, даже не осознают этого. Тотальность техно-промышленного общества порабощает их, навязывая воспроизводство таких межличностных отношений, которые калечат всех участников: мы угнетаем окружающих и репрессируем сами себя в душе. Фундаментальных различий между внутренними и внешними тюрьмами, как видится, больше не осталось: сама ежедневная жизнь в этом обществе пытается подчинить нас режиму контроля и рутины бытия.

В фойе супермаркетов и торговых центров, в пабах и барах, на работе и в транспорте, мы всё чаще можем встретить тех, кого общество потребления купило с потрохами, использовав для этого богатства, награбленные у менее удачливых своих членов. Они повсюду — добровольные пленники и носители чумы потребительства, участники реакционной схватки за средства выживания: угнетаемые угнетатели себе подобных. Люди согласились быть обманутыми и продали здоровье, ум, любопытство, чувство солидарности, власть над собой, планету и всё, что на ней растёт и живёт, в обмен на последние технологии, фаст фуд, модные тачки и социальные сети.

И хотя настоящее явно демонстрирует интенсификацию социального конфликта с многообещающими аспектами, мы всё ещё не окружены потенциально революционными массами. Больше похоже, что мы по колени увязли в гниющих телесах умирающей цивилизации.

Почти 7 миллиардов человек по всему миру завязаны на эту геноцидальную тираническую систему, которая утвердила саму себя как единственную среду, где можно выжить. Цивилизация создаёт впечатление, будто её гибель повлечёт гибель всех живых существ. Однако именно сохранение нынешнего темпа уничтожения видов растений и животных приведёт к этому самому результату. К гибели всего живого и полной победе военизированной техно-промышленной системе и финансовой власти, её поддерживающей.

Экологическая катастрофа бушует на затопленных континентах. Огромные цунами, увеличивающиеся пустыни и продолжающаяся дефорестация. Современные тоталитарные национальные государства и их империалистические объединения вроде G8, G20, NATO и им подобных присягнули на верность убийственной террористической капиталистической системе и её видению будущего. Будущего, где всё и вся — это товар, взвешенный и оцененный и занесённый в списки механического мира, исключающего всякую возможность дикости и свободы. Мира идеального контроля и одомашнивания. Невозможного мира. Мира, против которого уже восстали все мыслящие люди и дикие животные. Восстали повсеместно, независимо от вида, расы или вероисповедания.

Мы живём в эпоху беспрецедентного экологического коллапса. Приверженцы различных течений в научных и политических кругах потратили многие годы на споры о том, является ли глобальное потепление результатом человеческой деятельности, на все лады используя для доказательства своих точек зрения природные катастрофы и гибель цивилизаций прошлого. Всё это не имеет никакого значения. Невозможно отрицать гротескный масштаб уничтожения видов, среды обитания, звукового, шумового загрязнения, загрязнения воздуха, почвы и океанских вод, которые происходят в мировом масштабе. Нельзя игнорировать распространение пустынь, наступление людей на дикую природу. Всё это — прямое следствие человеческого отношения к окружающей среде и экономической алчности. Десятилетиями сохранялась возможность изменить всё это к лучшему. Теперь поезд ушёл.

Мы являемся свидетелями того, как наш вид убивает сам себя, заражая и уничтожая не только собственную среду обитания, но и среду обитания всех прочих живых видов на этой планете: бесконечное расширение человеческого населения является приоритетом само по себе, люди навязывают свой стиль жизни природе, живут в полной дисгармонии с окружающим миром и уничтожают ту хрупкую эко-систему, от которой сами же и зависят.

Искусственные условия, которые мы создали для человеческой жизни, непригодны для жизни. Земля, на которой рос лес, могла поддерживать жизнь гигантского количества видов живых существ. Теперь она закатана в бетон. Каждый доступный участок «глуши» продаётся под застройку. Наша цивилизация склонна к геноциду, гомициду, экоциду и суициду. Начиная с нищеты, насилия и несчастья в личной жизни и заканчивая безответственными водителями, провоцирующими крупные автокатострофы только из желания добраться до дома на пару минут раньше, регулярными этническими чистками и тотальным разграблением окружающей среды в гонке за деньгами и контролем над природными ресурсами. Наша система основана на насилии, и пока вы читаете эти строки, умирают миллионы. Это случается повсеместно и по многим причинам: ожирение и голод, ДТП, болезни, вызванные загрязнением окружающей среды, войны, наркотики, депрессия и одиночество. В то же время, буржуа с комфортом расставляют посуду на столах и усаживаются трапезничать перед телевизором. Их пустые бессмысленные разговоры сливается в белый шум.
Современное общество пришло к тому, что мечты и желания навязываются нам с самого рождения: рабочая этика, гендерные и социальные роли, соревновательность, разделение, зависть, классовое и социальное почтение перед властью, нуклеарная семья, одомашнивание. Навязывание настолько всеобъемлюще, что нам уже сложно представить, какими бы были наши ничем не сдерживаемые свободные жизни, если бы власть и проекты Государства и Капитала были бы отвергнуты массами.

В Британии до сих пор можно видеть свидетельства классовой ненависти, но вплоть до 7 августа 2011, когда Лондон оказался охвачен бунтами, которые быстро распространились по всей стране, нельзя было говорить о каком-то массовом проявлении этого недовольства капиталистической системой и правительством.

Глубинный ужас сковал людей в этой стране. Он проникает в кости. Помимо охватившего многих желания атаковать и разрушать, появился и страх, который мешает действовать. Существует общественное согласие между всеми стратами и структурами общества, которое подвергает цензуре всякое проявление недовольства, как только оно выплёскивается за рамки дозволенного. В нашем столь обширно контролируемом обществе, где существует большая вероятность быть пойманным даже за бунтарскую надпись на стене, очень легко поддаться страху и принять за данность мысль о неизбежности ареста. Технологии наблюдения постоянно развиваются и уже заглядывают внутрь — если, конечно, вы позволяете. Вот почему мы так страстно любим «буйных маргиналов», которых так ненавидят политиканы и полиция. Эти люди потеряли страх, потому что выросли в полицейском государстве. Да, Британия — полицейское государство.

И подобно любому полицейскому государству, оно существует только по причине молчаливого одобрения и подчинения со стороны общества. Кто позволил заполнить общественное пространство средствами наружного наблюдения? Кто стал глазами и ушами Государства? Кто стучит властям на собственных детей? Кто безучастно наблюдал, как на мусульман и иммигрантов вешают всех собак? Кто допустил проникновение полиции на все уровни общественной жизни? Кто расписался в собственном бессилии и позволил СМИ лгать себе? Кто позволил политиканам манипулировать собой, а банкирам — грабить себя? Всё это допустили сами «добропорядочные граждане».
Реакционные людские массы заблудились в лабиринте иллюзий, купились на приманки потребительства. Они сами старательно изгоняют из умов все мысли о реальности собственного угнетения и эксплуатации. Да, конечно, они способны ещё переживать ежедневную пустоту и рутинность своих занятий, но даже в эти моменты они встают на сторону боссов: это иммигранты, бедные и маргиналы виноваты во всех бедах. А когда нет сил злиться на обездоленных, наши граждане развлекают себя посещением фитнес-клубов и спортивных секций, играют в лотереи, дают себя ублажить телевидению и прочим СМИ. Наслаждаются спектаклем вражды и соревновательности. Они — основные получатели дивидендов от существующей системы глобального насилия. Они сами своими усилиями сохраняют её и укрепляют. Мы не можем не испытывать презрения к тому, что эти люди сами же сотворили со своими жизнями.

А в это время растут цены на продовольствие и нефть, падают зарплаты, пенсии и размеры социальных пособий. Больше никакой социальной защищённости. Даже для нуклеарных семей, поверивших в мечту о потухшей Империи, гниющих в низкокачественном жилье, окружённом зловонием свалок ТБО и техногенными авариями. Мы видим, как техно-капиталистическая система привязывает людей к компьютерам, сотовым телефонам, автомобилям, ТВ. Ведь без этих вещей наступает социальная и культурная изоляция. Человек лишается наркотика, который бы избавлял от отчуждения, жалкой повседневности и отчаяния. Не осталось ничего, кроме теней роскошной жизни, которую ведёт элита. Большая часть населения или живёт в кредит, или же тратит всё на еду и квартплату. Те, кому повезло больше, проедают свои накопления. И лишь немногие живут за счёт всех остальных, наслаждаясь настоящим и стремясь обезопасить для себя будущее.

Мы действуем против Государства и его символов по многим причинам. И одной из них, безусловно, является желание выйти за рамки собственных ограничений. Мы надеялись, что наши атаки попадут в резонанс с деятельностью других групп. И действительно, именно это и произошло.

Мы не настолько глупы, чтобы думать, будто наши атаки сами по себе смогут уничтожить систему (какие бы достойные цели мы ни выбирали). Мы прекрасно понимаем, что для достижения нашей общей цели (свержения власти Капитала) должно совпасть множество факторов, в том числе социальных. Мы знаем, что процессы планирования и исполнения задуманного изменяют реальность нашего социального взаимодействия и наше представление о собственных личных качествах, поэтому постепенно наши атаки становятся более смелыми, дикими и их уже нельзя игнорировать. Этот процесс также меняет общую атмосферу, поскольку создаётся пространство, в котором открыто больше возможностей, потому что снизилось количество невозможного. Своими действиями мы внесли вклад в целый пласт антисистемной деятельности, в том числе — множественные атаки малыми и крупными группами на инфраструктуры, банки, тюремные учреждения, проведённые за последний год на территории Великобритании.

Если учесть миллиарды людей, живущих на планете, станет понятно, что нельзя надеяться на какую-то конкретную акцию против Государства и Капитала, которая была бы одобрена большинством, которую бы назвали «хорошей» или «приемлемой». Наши небольшие аффинити-группы — из двух, трёх или более друзей — самоорганизовались в более крупную неформальную структуру. Товарищи действуют, руководствуясь собственной ненавистью к сложившейся ситуации, собственным анализом, по собственному выбору, на свой страх и риск. Бессмысленно притворяться, что мы являемся кем-то другим. Это бесчестно, а люди пока ещё чувствуют неискренность. Позёрство лишь будет медленно разъедать нас и всякий коллективный проект, который бы мы захотели реализовать.

Публикуя информацию о наших акциях, мы прежде всего надеемся вдохновить неизвестных нам людей, которые чувствуют себя также, как и мы. Мы стараемся распространить информацию о применяемых методах, чтобы другие люди могли их воспроизводить и использовать в собственных анархических проектах. Вот почему мы стараемся публиковать информацию об акциях на независимых новостных ресурсах. Ведь во всех других СМИ существует своего рода табу на публикацию заявлений саботажников и освещение подрывной деятельности на территории государства. Вместо этого предпочтение отдаётся историям знаменитостей и якобы неизменной политической системе.

Для нас, решившихся выступить против Капитала, важно знать, что и другие товарищи тоже атакуют. Это необходимо для того, чтобы избавиться от чувства изолированности и бессилия, которое так хорошо знакомо всем активистам. Важно организовываться, общаться и координировать атаки.
Мы очень гордимся теми межличностными отношениями, которые мы выстроили в рамках нашего разрушительного проекта, как гордимся и всеми проведёнными акциями, даже теми, которые не оправдали наших ожиданий. Каждый и каждая из нас — люди, верящие в фундаментальную ценность здорового образа жизни, который каждый человек должен выработать сам для себя, путём принятия собственных решений, разумного выбора и приверженности системе ценностей, основанной на свободе и ответственности.

Цель нашего проекта — ускорить крушение существующего общества. Мы — революционеры, а потому в меньшинстве. Однако не говорите, что нас мало. Мы не пытаемся предсказать, каким будет общество после крушения системы, хотя, конечно, как анархисты, мы бы хотели внести в него пару фундаментальных изменений. И в этом наши мечты совпадают с мечтами других революционеров разных эпох и народов. Более того, именно эти мечты в настоящий момент пытаются воплотить наши товарищи по всему свету.

Нам осточертели рефлексия, обмен заявлениями, высказывания личного мнения (даже этот наш анализ) о состоянии современного общества. Как революционерам нам нужно всего лишь атаковать и уничтожать, то есть применять на практике страсть к революционному насилию, горящую в наших сердцах, пока мы не добьёмся окончательной свободы действий. Этот агрессивный проект постоянной атаки также необходим для освобождения от наших личных страхов и для придания новых форм выражения общественной напряжённости. Для осознания того, что даже в полицейском государстве и обществе тотального контроля, где правят страх и паралич, всё равно возможны восстания и нападения на врага. Для свержения тех, кто оказался у власти, основанной на подчинении толпы.

Мы живём в замечательный момент в истории, хотя временами нам кажется, что настоящее ужасно депрессивно. По мере того, как база материального благосостояния большинства простых людей стремительно уменьшается, а чувства хрупкости, уязвимости и неравенства растут, становится всё менее возможно предсказать результат общественных выступлений (это можно видеть на примере народных бунтов, прокатившихся по стране в этом августе). Именно в такие моменты даже небольшие акции саботажа могут привести к непредсказуемым последствиям.

Мы хотим внести свой вклад в открытие новых возможностей сопротивления. В нашей крайне символической и абстрактной культуре пост-модернизма, в ситуации, когда даже работа сводится практически к предоставлению услуг и информации, мы не испытываем недостатка в целях: наши акции не лишены исследовательского элемента. С каждым нападением мы изучаем, что достойно нашего внимания, а что — нет.

По всему миру проходят скоординированные и непрерывные нападения на корпорации и правительственные объекты. Земля и частная собственность оккупируются в знак презрения к власти спекулянтов недвижимостью и землевладельцев. Животные освобождаются, научные лаборатории по изучению ГМО и нанотехнологий сжигаются. Поля трансгенной пшеницы уничтожаются, а бизнесмены запугиваются. Банки и суды взрываются, судей стреляют и режут. Полицейские и их участки атакуются с использованием молотовых, арматуры, взрывчатки и огнестрельного оружия. Линии электропередач перерезаются, вышки с телевизионным и сотовым оборудованием подвергаются саботажу. Супермаркеты и торговые центры разграбляются, а товары раздаются на улице бесплатно. Люди выходят на забастовки, блокируют дороги и захватывают рабочие места: «труд» растворяется в общем восстании. 
Заключённые бунтуют и захватывают тюремщиков в заложники, некоторые бегут, кого-то освобождают товарищи «с воли». Анархические, антиавторитарные и антикапиталистические группы новой городской герильи обмениваются и распространяют коммюнике о международной революционной солидарности. Идёт обсуждение целей, обмен идеями и опытом, представляются новые методы и инструменты нападений, шлифуются тактики, озвучиваются чувства вооружённой радости и любви. Разросшийся экономический и технологический аппарат социального контроля выдаёт сбой за сбоем и барахлит в припадках фрагментации, предвосхищающих коллапс.

Наше послание всем тем, кто ещё не присоединился к сопротивлению, но уже различает сполохи боёв на горизонте: готовьтесь. Наш меняющийся мир ждёт ожесточённая борьба. Это наша планета. Как нашими являются улицы городов, на которых мы возводим баррикады. Как нашими являются дома, комнаты и кафе, где мы встречаемся с друзьями и товарищами. Как нашими являются камни, которые мы метаем, и огни, которые разжигаем. Как нашей является бесконечная мечта об анархии, которая медленно обретает форму в реальности.

Наступила новая эпоха интернациональной городской войны малой интенсивности. Наш повстанческий проект формируется в результате усилий многих автономных и независимых боевых групп, которые разрабатывают собственные направления атак и средства координации, одновременно сохраняя неповторимый характер, обусловленный их личными заботами и интересами.

Для воплощения наших стремлений к анархическому обществу недостаточно зловония фракционной борьбы и пустой болтовни. Будущее приближается с каждым сном, который удалось сделать явью, с каждым отказом от конформности и буржуазности, который удалось претворить в жизнь. Неважно, находишься ли ты в тюрьме, сражаешься ли на улице или заключена в клетке семьи и работы, каждый момент твоей жизни зависит от того, можешь ли ты злоумышлять и бунтовать против всего и всех, что пытается навязать тебе свою власть. Ты — твоё собственное будущее, и мир принадлежит тебе.

Считаем свою сеть секцией Неформальной Анархической Федерации / Фронта Освобождения Земли / Интернационального Революционного Фронта

Шлём выражения солидарности и уважения всем тем, кто борется с системой по всему миру, в том числе другим повстанческим группам на территории Великобритании. Наша любовь и пожелания скорейшего освобождения для всех заключённых товарищей и неполитических заключённых, отказывающихся от сотрудничества с тюремной администрацией.

Интернациональная Неформальная Анархическая Федерация / НАФ

Источник: 325.nostate.net, ru.indymedia.org

Мои товарищи Панагьотис Аргиру (спереди) и Герасимос Цакалос в плену!!

19 июля 2011 года афинский суд признал виновными шесть человек по делу анархического сообщества «Огненные Ячейки Заговора». ОЯЗ взяли на себя ответственность за ряд громких нападений, включая рассылку посылок-бомб посольствам в Афинах, канцлеру ФРГ Ангеле Меркель, президенту Франции Николя Саркози и премьер-министру Италии Сильвио Берлускони, а также мощный взрыв, разрушивший 30 декабря 2010 года фасад административного суда в центре Афин.

Харис Хатзимихелакис (Χαρης Χατζημιχελακης) и Панагьотис Аргиру (Παναγιωτης Αργυρου) были признаны виновными в создании террористической организации, в проведении взрывов возле домов бывших министров и возле здания министерства, а также в хранении взрывчатых веществ, и приговорены к 25 годам заключения. Ещё четверо анархистов, включая женщину, признаны виновными в соучастии в проведении взрывов и хранении взрывчатых веществ и приговорены к срокам от 3 до 20 лет. При этом суд не смог назвать непосредственных руководителей организации.

Суд при вынесении вердикта был более строг, чем предлагала прокуратура. Из трёх остальных обвиняемых, в виновности которых прокуратура сомневалась, суд оправдал только двоих, а третьего признал виновным по второстепенным обвинениям, таким как грабёж, кража и подделка документов, но оправдал по статье об участии в террористической организации.

Haris Hatzimichelakis
Kleisti Filakon Trikalon
T.K. 42 100
Trikala
Greece

Christos Tsakalos
Grevena general detention facility [Geniko katastima kratisis Grevenon]
T.K. 51 100
Grevena
Greece

Damiano Bolano
Dikastiki Filaki Nafpliou
T.K. 21 100
Argolida
Greece

Gerasimos Tsakalos
Domokos prisons [Filakes Domokou]
T.K. 35 010 Domokos
Fthiotida
Greece

Panagiotis Argyrou
Geniko Katastima Kratisis Domokou, D1 Pteryga
T.K. 35 010 Domokos
Fthiotida
Greece

Giorgos Nikolopoulos
Komotini judicial prison [Dikastiki filaki Komotinis]
T.K. 69 100
Komotini
Greece

Giorgos Polidoros
Dikastiki Filaki Nafpliou
T.K. 21 100
Argolida
Greece

Olga Ekonomidou
Eleonas–Thebes general detention facility [Geniko katastima kratisis Eleona Thivon]
T.K. 32 200 Thebes
Viotia
Greece

Mihalis Nikolopoulos
Trikala closed prison [Klisti filaki Trikalon]
T.K. 42 100
Trikala
Greece

Источник: anarchistnews.org, actforfreedomnow.wordpress.com

Второй квартал 2011 года ознаменовался превзошедшим самые смелые ожидания качественным ростом радикального крыла российского анархического движения. Успешно внедряются инновационные технологии – впервые были использованы газовые зажигательные бомбы. Повышается уровень самоорганизации – в рамках программы по обмену опытом впервые появились детальные руководства освещающие технические, конспиративные и организационные аспекты проведения акций прямого действия. Интеграция в международное анархическое сообщество вышла на принципиально новый уровень – впервые российские группы стали проводить акции от имени Неформальной Анархической Федерации (FAI). Уверенную победу бесстрашные борцы за свободу и равенство одерживают и в информационном пространстве – впервые центральные новостные сайты в своих статьях, зачастую пронизанных плохоскрываемой симпатией к анархистам, столь обильно приводили цитаты из заявлений об ответственности за акции.
Подготовлено по материалам Чёрного блога.

4 апреля – подожжены Коптевский (Москва, ул. Лихоборские Бугры, д. 9) и Видновский (Московская обл., г. Видное, ул. Лемешко, д. 15) районные военкоматы, отправлявшие людей в армейское рабство.
5 апреля – полностью сожжён гусеничный экскаватор на 40 км. Минского шоссе, использовавшийся для уничтожения природы.
9 апреля – полностью сожжён большой бурильный кран около д. 19 по ул. Голубинская, использовавшийся при строительстве домов для сотрудников Службы Внешней Разведки (СВР) на месте скверов, аллей и детских площадок, которыми пользовались простые люди.
20 апреля – в Химкинском лесу около села Вашутино сожжён харвестер (лесопильный трактор), использовавшийся для уничтожения природы.
25 апреля – подожжён опорный пункт полицаев Чертаново Центральное, псов режима.
28 апреля – на Большой Тишинской улице сожжён личный автомобиль Хаммер, принадлежавший полицаю (да ещё и взяточнику – ибо как можно на зарплату полицая купить Хаммер?!).
29 апреля – около дома 16 по Рублёвскому шоссе сожжён Мерседес класса S с пропуском СКП РФ (Следственный Комитет при Прокуратуре).
1 мая – в районе метро Славянский бульвар сожжён автомобиль Audi premium-класса с пропуском ФСБ.
1 мая – подожжён военкомат Бабушкинский по адресу ул. Ленская, 2/21.
4 мая – в Химкинском лесу полностью сожжён харвестер.
18 мая – на территории ОГИБДД южного округа Москвы полностью сожжён служебный автомобиль «Форд» подполковника полиции.
20 мая – в районе метро Домодедовская подожжён Мерседес представительского класса с пропуском МВД под ветровым стеклом.
29 мая – в Химкинском лесу сожжена бытовка лесорубов, уничтожающих природу.
1 июня – сожжено электрооборудование теплотрассы в Бутовском лесу.
5 июня – подожжён гусеничный экскаватор в районе дорожных работ по Волоколамскому шоссе.
6, 10 июня – сломано и частично экспроприировано строительное оборудование и колышки геодезической разметки в Бутово.
7 июня – подорвана газовая бомба у поста ДПС на 22 км МКАД (жертв нет).
11 июня – сожжены все приборы, насосы, датчики и системы контроля температур в одном из помещений теплотрассы в Бутовском лесу.
16 июня – сожжены джип Додж и седан Мерседес припаркованные на улице Б. Грузинская.
19 июня – в Химкинском лесу подожжён бульдозер.
21 июня – подрывом газовой зажигательной бомбы уничтожено 4 автомобиля (в т. ч. 3 внедорожника Lexus) в элитном автосалоне на Рублёвском шоссе.
22 июня – полностью сожжён демонстративный коттедж посёлка «Эдельвейс-Ильинское», который планируют построить близ села Ильинское Дмитровского района Московской области, уродующий используемую трудящимися для отдыха живописную долину реки Яхромы.
23 июня – подожжён пункт полиции в доме 12 по Кантемировской улице.

ИТОГО ВЫВЕДЕНО ИЗ СТРОЯ:
транспортных средств: 11(в I-ом квартале: 6)
единиц строительной техники: 6 (в I-ом квартале: 7)
строений бизнес- и госструктур: 8 (в I-ом квартале: 10)

В заключении, хотелось бы посвятить бесстрашным городским партизанам песню «Марш дальневосточных партизан» (времён Гражданской войны 1917-1923 гг):

По долинам и по взгорьям
Шла дивизия вперёд,
Чтобы с боем взять Приморье —
Белой армии оплот.

Наливалися знамёна
Кумачом последних ран,
Шли лихие эскадроны
Приамурских партизан.

Этих лет не смолкнет слава
Не померкнет никогда,
Партизанские отряды
Занимали города.

И останутся как в сказках,
Как манящие огни
Штурмовые ночи Спасска,
Волочаевские дни.

Разгромили атаманов,
Разогнали воевод,
И на Тихом океане
Свой закончили поход.

НАФ теперь и в России! Заявление московской группы Неформальной Анархической Федерации о своих акциях (в т.ч. против недавнего полицейского беспредела в Химкинском лесу) размещённое на Индимедии:

«Около 1 часа ночи 18 мая на территории ОГИБДД южного округа Москвы был сожжён служебный автомобиль «Форд» подполковника полиции. Ночью 20 мая в районе метро Домодедовская мы подожгли Мерседес представительского класса с пропуском МВД под ветровым стеклом. В первом случае автомобиль полностью сгорел, во втором – отделался обгоревшим капотом. Акции были проведены в рамках кампании солидарности с греческими (11 мая 2011 года афинская полиция жестоко разогнала митинг забастовщиков – avtonom.org/node/15747) и белорусскими (18 мая начались судебные процессы против белорусских анархистов) товарищами.

Почему полицейские машины? Во-первых, после реформы мусора получили аутентичное название – теперь они, как и все им подобные повсюду в мире, называются словом, которое ассоциируется с защитой интересов богачей (полиция), а не с народным ополчением (милиция). Во-вторых – та роль, которую играет полиция в трагической ситуации вокруг Химкинского леса. Это недостойно и недопустимо. Ни один представитель полиции не застрахован от подобной атаки. Если вы служите из желания бороться с несправедливостью и преступниками – увольняйтесь, потому что события в Химках ясно показывают, что задачи полиции – это именно несправедливость и покрывательство негодяев. В-третьих – это интернациональный призыв наших товарищей из Греции. Полиция – везде полиция. Мусор всегда мусор. Мы помним все те унижения и несправедливости, которые пережили наши товарищи от рук милиции/полиции в России, Греции, Мексике, Беларуси, Турции и других частях света. И если у нас есть возможность отомстить системе за кровь и слёзы наших товарищей – мы с радостью это сделаем.

«Мы не солидарны со страданиями людей – мы солидарны с той силой отказа терпеть страдания, которую демонстрируют другие.»
– Огненные Ячейки Заговора

Будучи анархистами, мы считаем интернациональную солидарность основным оружием в арсенале революционера.

Но с кем солидарны и к кому апеллируют наши товарищи в России? Мы – повстанческие анархисты, нигилисты, антисоциалисты и антиантропопцентристы. Мы не солидарны с гастарбайтерами, уничтожающими природу, не солидарны с антифашистами, нападающими на «непохожих» и «других», нам плевать на пролетариат, когда он идёт работать в ЧОП, избивающий экологов. Мы отказываемся от попыток сделать из анархистов массовку для КПРФ и им подобных «динозавров левого фланга». Мы не верим в революцию масс, в классовую войну, равно как мы не собираемся быть революционным авангардом и указывать другим, как сопротивляться. Мы делаем то, что считаем нужным и хотели бы, чтобы это воспринималось именно так. И мы поддерживаем борьбу тех, кто осознаёт своё угнетение и сопротивляется ему. Поэтому мы солидарны только с теми гастарбайтерами и пролетариями, которые отказываются выполнять аморальные антинародные приказы и атакуют или саботируют своих боссов. Мы солидарны только с теми антифашистами, которые уважают свободу других людей, без исключений: без гомофобии и женоненавистничества. И мы солидарны с защитниками Химкинского леса, потому что эти люди активно сражаются за настоящую жизнь в гармонии с природой, против навязываемого капиталом угнетения и фальшивой жизни в храмах культуры потребления – придорожных торговых моллах.

Как говорилось в листовке, распространяемой 1 мая, «НИКАКИХ КОМПРОМИССОВ!» Мы категорически против каких-либо ярлыков (будь то пролетарий, социалист, антифашист, экологический активист, анархист). Человека можно судить только по его поступкам (в первую очередь) и словам (во вторую). Это – основная причина, по которой мы сознательно стараемся избегать человеческих жертв – не то чтобы мы не были на это способны, но это не является нашей целью. Нам не нужны жизни полицейских. Не нужны жизни лесорубов или тех, кто их охраняет.
Нам нужна тотальная переоценка и демонтаж существующих общественных отношений, которые делают возможными все те несправедливости. Взгляд на революционный потенциал пролетариата погребён на кладбище Междуреченска: за деньги и обещание сытой жизни в нашем обществе можно купить почти всё и всех. Следовательно, анархическому движению стоит пересмотреть основного адресата своей пропаганды: с 11 декабря очевидно, что прицел на массовость анархической агитации не срабатывает. Или она недостаточна, или она направлена не туда. Мы знаем, что мы хотим делать в связи с этим. Хочется надеяться, что и наши товарищи из легального крыла, столь же целеустремлены и самоорганизованы.

ELF-Россия, Неформальная Анархическая Федерация.

Солидарность с греческими демонстрантами, пострадавшими от действий полиции 11 мая, с задержанными по подозрению в нападении на полицейский участок в Экзархии товарищами, с Огненными Ячейками Заговора, с белорусскими анархистами, оставшимися верными своим идеалам: Николаем Дедком, Игорем Олиневичем и Евгением Васьковичем. И солидарный привет другим группам повстанческих анархистов на территории России.»

Митинг-концерт состоялся на Чистых прудах. В нём, несмотря на плохую погоду, приняли участие около 200 человек. Перед собравшимися выступили Максим Солопов и Алексей Гаскаров, участники движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова и Ярослав Никитенко. Максим заявил, что сделает всё, чтобы вытащить брата из киевского СИЗО (в начале марта Дениса задержали возле здания миграционной службы Украины, куда он пришёл подавать документы для получения статуса беженца). Евгения Чирикова поддержала антифашиста: защитникам леса уже удалось остановить вырубку, вызволить под подписку о невыезде из СИЗО самого Максима и Алексея – удастся помочь и Денису. Затем состоялся концерт антифашистских хип-хоп-исполнителей: «The Crime Scene», «xCHEx», «Полтора землекопа».

После митинга, который закончился в половине шестого вечера, антифашисты отправились требовать освобождения Дениса Солопова к посольству Украины в Леонтьевском переулке. Напомним, что комиссия ООН, рассмотрев ситуацию, в которой оказался Денис, признала его беженцем. Те же документы Денис предоставил и миграционной службе Украины. Однако там ему отказали, а когда 2 марта Солопов пришёл получать соответствующий документ, то был задержан и помещён в СИЗО. 4 апреля Шевченковский районный суд Киева продлил срок содержания Дениса под стражей на время, которое понадобится Генпрокуратуре Украины для решения вопроса об экстрадиции антифашиста. Отметим, что выдача беженца – это нарушение Европейской конвенции о защите прав человека!

На место пикета вместе с антифашистами прибыли не менее 25 полицаев. Пикет был заявлен на 30 человек, а желающих принять в нём участие оказалось раза в два больше, поэтому полицаи загнали не вместившихся за угол ближайшего дома. Однако пикетчики нашли выход: стоявшие напротив посольства кричали: «Свободу!», а мёрзнувшие за углом продолжали: «…Денису Солопову!». Помимо прочих лозунгов в поддержку Дениса участники акции скандировали: «Спас дерево – сел в тюрьму!», «Украина пiдманула!», «Янукович тоже сидел!». Источник: «Новая газета»

Со 2 по 9 апреля в рамках Недели единых действий волна акций солидарности прокатилась по городам России, Украины, Дании.

2 апреля, Киев (Украина). У Российского посольства 50 анархистов с плакатом «Сажайте деревья, а не активистов!» скандируя «Свободу городским партизанам!», «Нет политическим репрессиям!», «Государство – главный экстремист!», «Hasta la vista capitalista!», «Свободу Денису Солопову!», «Сегодня аресты – завтра протесты!» разыграли театральную сценку о злоключениях защитников Химкинского леса.

4 апреля, Москва. Антифашисты с транспарантом «Нет политическим репрессиям!» и анархистским чёрным и красно-чёрным флагами с антифашистской эмблемой пикетировали Украинское посольство.

4 апреля, Нижний Новгород. На мосту вывешен баннер «Они оху… депортировать Солопова».

5 апреля, Копенгаген (Дания). Активисты Дании и Швеции пришли к Украинскому посольству выразить солидарность с Денисом Солоповым с баннерами «Свободу Денису Солопову!» и «Asylum Now!», скандируя лозунги и раздавая прохожим листовки. Посол спрятался, но активисты оставили для него письмо с требованием освободить Дениса.

5 апреля, Львов (Украина). Социальные активисты вывесили на мосту баннер «Свободу Денису Солопову!»

6 апреля, Пермь. 15 анархистов и троцкистов с плакатами «Оправдать Гаскарова и Солопова!», «Запрещать запрещено!», «Прекратите преследование инакомыслящих, закройте центры Э!» пикетировали здание краевой прокуратуры.

7 апреля, Барнаул. Местные анархисты расклеили на автобусных остановках плакаты «Свободу химкинским заложникам!».

7 апреля, Иркутск. Около 30 человек собралось в одном из иркутских университетов на проводимое анархистами и антифашистами открытое занятие «Журналистика, свобода слова и экстремизм», на котором поднимался вопрос о преследованиях Гаскарова, братьев Солоповых и других социальных активистов.

8 апреля, Новосибирск. Полтора десятка социальных активистов собрались на площади Ленина скандируя «Права не дают – их берут!», раздавая листовки и рассказывая прохожим о злоключениях защитников Химкинского леса.

8 апреля, Ярославль. В центре города несколько активистов скандируя требования прекратить преследования Алексея Гаскарова и братьев Солоповых вышли с плакатами «Свободу химкинским заложникам!», «Сажайте деревья, а не людей!», «Лес рубят – активистов садят?!». А позже ночью нанесли на стенах трафареты и надписи.

9 апреля, Белгород. Местные анархисты и антифашисты раздали и расклеили листовки и вывесили плакат напротив областной администрации с требованием остановить преследование социальных активистов.

9 апреля, Екатеринбург. Около 30 левых и антифашистов скандируя «Сажайте деревья, а не людей!», «Нет политическим репрессиям!», «Позор полицейскому государству!», «Свободу политическим заключённым!» пикетировали здание областного ГУВД и собирали подписи под требованием прекратить преследования Гаскарова и братьев Солоповых.

9 апреля, Челябинск. Анархисты вывесили баннер «Свободу заложникам Химок!»

9 апреля, Серпухов. Анархисты и левые из Калуги и Серпухова прошли по центральной улице города скандируя «Свободу химкинским заложникам!», «Свободу Ринату Султанову!», «Свободу российским антифашистам!», «Государство – главный экстремист!», «Выйди на улицу – верни себе город!», «Выше, выше чёрный флаг – государство главный враг!».

9 апреля, Ижевск. На большом митинге местной оппозиции группа анархистов и антифашистов подняла анархо-синдикалистские чёрно-красные флаги, развернула баннеры «Свободу химкинским заложникам!» и «Долой полицейские репрессии!», раздавала листовки, скандировала «Свободу химкинским заложникам!», «Вся власть народу!».

9 апреля, Волгоград. Прошёл одиночный пикет у Областного суда, а также раздавали листовки в разных районах города.

9 апреля, Харьков (Украина). На мосту над окружной дорогой анархисты вывесили баннер «МВД, сажайте деревья, а не людей!», а на улицах и в транспорте расклеили стикеры.

9 апреля, Калининград. Левые активисты вывесили баннеры «Свободу химкинским заложникам!»и «Свободу Денису Солопову, политическим заключённым!», а на кануне ночью расклеили листовки по городу.

Ночь на 10 апреля, Орёл. Анархисты и антифашисты вывесили на мосту баннер «Парни лес защищали, а их посадили!», нанесли в окрестностях трафареты «Свободу химкинским заложникам!» и распространили листовки и стикеры.

Ночь на 10 апреля, Уфа. В центре города по соседству с РОВД был нанесён большой трафарет «Помни Химки’10» с портретами Алексея и Максима.

12 апреля, Тюмень. Молодой антифашист провёл одиночный пикет у консульства Украины с плакатом «Свободу Денису Солопову! Нет экстрадиции!» не смотря на попытку полицаев пресечь пикет вопреки закону «О собраниях, митингах…», по которому одиночный пикет не нуждается в согласовании.

12 апреля, Санкт-Петербург. В Украинское консульство антифашисты передали петицию с сотней подписей с требованием не выдавать арестованного Дениса Солопова российским властям.

«В ночь на 4 апреля 2011 г. анархистами были атакованы Коптевский (Москва, ул. Лихоборские Бугры, д. 9) и Видновский (Московская обл., г. Видное, ул. Лемешко, д. 15) районные военкоматы. Нападавшие распространяют следующее сообщение:

Они призывают тебя «отдать долг родине», но ты легко можешь пополнить списки «небоевых потерь» невоюющих частей.
Они могут вломиться в твой дом среди ночи, или похитить тебя на улице.
Они считают, что ты должен потратить целый год своей жизни на рабскую службу у алчных, заплывших жиром генералов.
Они внушают тебе, что, подчиняя свою волю их корыстным интересам, ты проявляешь патриотизм.
Их самолёты падают, а ракеты не попадают в цель.
В конце концов, они сами не знают, с кем собираются воевать. Но их власть над тобой ничем не ограничена.

Может быть, ты согласен быть рабом, потому что проще перекладывать ответственность за свою жизнь на другого, чем быть свободным. Но оставаться рабом безумного господина – это безумие вдвойне.
Если ты осознал себя свободным – сопротивляйся. Если понял, что достоин называться человеком – нападай. Чтобы родился свободный человек, бездушная машина подавления должна умереть.»